А в целом, несмотря на потери, результат сражения впечатлял. В плен попали 18 капы-кулу и сам Кара-мурза. Из плена освобождено 12 черкесов, 16 реестровых казаков, 13 городовых казаков, 15 ополченцев, 22 крестьянина и 38 селянок. Кроме того нам досталось солидное стадо, небольшой табун и десять телег с разными ценностями…

Да, братцы, это вам не мелочь по карманам тырить…

И вот только теперь я осознал, что панночка Агнешка настоящий клад. Без ее умений логистики, большую часть товара пришлось бы бросить. Во-первых, — отряд разрастается, и приходится возить с собой все больше запасов. На пустой желудок много не навоюешь. А во-вторых, — все чаще стали попадаться хорошие доспехи или оружие, которое, пока, не по руке ни мне, ни моим спутникам. Выбросить или продать такое добро — глупо, а таскать — место нужно.

За освоением трофеев чуть не забыл о главном… О том, кто так вовремя снял с седла второго гонца. Или третьего — как считать.

Оказалось — Федот вернулся. С его умениями следопыта, не составило труда, отыскать нас. Как и не лезть на рожон. Сперва стрелец думал, что мы с рассветом нападем, если нападем вообще, но позицию занял удобную и своего часа дождался. Кроме этого, он привел с собой двух моих гайдуков — Четвертака и Пятака. Сообразил, что доставленный им товар и деньги в Замошье вряд ли будут последними. А ему, мол, уже не по чину гонцом служить. Да и Настена, похоже, на сносях. Так что лишний раз в деревню ловчего не тянуло. Объяснил он мне, непроизвольно потирая скулу.

Согласен. Токсикоз, пострашнее басурманской сабли будет. И что еще хуже — непредсказуем…

Парни всячески выказывали радость, тем более, что это именно они заслужили повышение, за участие в сражении и по совокупности приобретенного опыта. Я тут же произвел их в элеары* (*тип легкой конницы. Следующий уровень лисовчики или драгуны).

И были так счастливы, что приказ о возвращении в Замошье восприняли, как награду. Еще бы, в новеньком прикиде перед девками покрасоваться… Тем более, что впервые встали во главе обоза. А еще, я им доверил, почти все золото, что успел собрать снова. Ровно две с половиной тысячи. Как и следовало ожидать, кроме всего нескольких крестьян, выбравших Пороги, остальные единодушно решили переселиться в мое село. В сопровождение им я выделял городовых казаков и реестровых. С прежним условием, что городовые и реестровые, сами решат, — остаться или вернуться в свои полки.

Еще к Порогам изъявили желание уйти оба ополченца и 6 селянок. Так что, после всех пертурбаций, отряде оставались: Федот, Мамай, Иридия, Мелисса, Оксана, Виктор, панночка Агнешка и Кирилл. А так же — тринадцать черкесов и 15 панцирных казаков.

Панцирных казаков можно было развивать двумя путями: по линейке опытности (опытный, ветеран, элита) или производить в товарищей хоругви крылатых гусар, что давало лучшее вооружение и доспехи, но личные умения замораживало на уровне «опытный». А вот черкесов, оказывается, можно было повышать до пятигорцев. И уже их — по линейке опытности, аж до «элиты».

Мама дорогая, это что же в конечном результате получится? Броненосец? Хотя, если вспомнить, что у татар элитные войска тоже нукерами не закачиваются, то я только за.

Итого, тридцать семь единиц, включая меня. Аж дух захватывает! Да с таким войском, мы… мы… А вот и ни фига. Пока от награбленного не избавимся — нападать на обозы бессмысленная трата времени. Значит, надо срочно куда-то сбагрить товары и ясырь. Какой базар ближайший?.. Угу. В Ак-Кермене… Великолепно. Так нас там и ждут…

Хотя, погоди! Почему бы и нет? Все не так плохо. Минус двенадцать — это еще не вражда. Так только, поглядывают искоса. Почему бы и не попробовать? Попытка не пытка. Шансов много, но и нарваться можно. Поэтому, лучше посоветоваться с людьми знающими…

Нет, не так… Не колхоз, однако. Объявить о решении и посмотреть на реакцию подчиненных. А после, если она окажется уж слишком негативной, можно приказ подкорректировать.

Не ожидал. Вот честное слово, не ожидал. Я был готов к молчаливому одобрению, негромкому ропоту, более откровенному возмущению, но только не к смеху.

После того, как я объявил, что мы поведем караван в Ак-Кермен, сперва наступила тишина, а потом все, как по приказу, начали смеяться. Да что там — смеяться, хохотать! А после казаки и черкесы метнули вверх шапки и рявкнули: «Слава!».

Мамай тоже отвесил весьма крепкого, дружеского тумака, так что я порадовался, предусмотрительно надетом доспехе Кара-мурзы. Синяк будет, зато ребра уцелели. Только девушки, видимо, не вполне просекли ситуацию, поскольку вообще никак не прореагировали. Или настолько верили в мою планиду? Над этим тоже стоит подумать, при случае…

В общем, сформировали обоз. Пленных татар подписали пастухами и погонщиками. А куда они пешие и безоружные в степи от кавалерии денутся? Сабудай-мурзе и Кара-мурзе, как почетным пленникам, давшим слово не бежать, позволил ехать верхом. Приставив к каждому почетный караул из пары черкесов.

— Я вот о чем хотел спросить, Антон… — подъехал ко мне Мамай. — Скажи, сколько ты думаешь выручить за пленников?

— Понятия не имею. Никогда этим не занимался, а посредника, когда имел возможность, толком расспросить не сообразил. А что?