Остаток вечера я провела, разбирая коробки, сразу отдав посуду и чистящие-моющие на кухню, а кошачий лоток убрав в туалет. Сам кот, пребывая в откровенном шоке от происходящего, предпочел спрятаться в первой же освободившейся коробке, и наблюдал за вторым витком хаоса оттуда.

Время близилось к девяти вечера. Уля уже отчиталась, что сдала ковер и шторы в химчистку (их вернут через три дня), причем не только из кабинета, но и из других комнат - после зимы они все требовали к себе повышенного внимания. Дарья со смаком рассказывала, что завтра у нас будет пирог с красной рыбой и борщ, Прохор играл с Юляшей в сороку-ворону, а Парамон следил за происходящим из засады.

Стук в дверь раздался неожиданно и достаточно громко, чтобы мы все его услышали, причем Ульяна сразу побледнела, понимая, кто это может быть, Прохор подобрался и посуровел, а Дарья охнула.

Я же, вскинув голову и моментально найдя взглядом Ржевского, который тоже коротал вечер в нашей компании, качнула подбородком, молча прося проверить, кого там на ночь глядя принесло, и поручик поспешил на улицу, вернувшись практически сразу и встревоженно заявляя:

– На парадном крыльце трое молодчиков барона Томилина, и один обошел дом, чтобы проследить за вторым крыльцом. Оружия при них не увидел, но намерения самые прозрачные, как и похабные шуточки. Может, сразу полицию вызовешь?

Отрицательно качнув головой, распорядилась:

– Дарья, бери Юленьку и закройся у себя. Ничего не бойся и никому постороннему не открывай. Уля, без паники. Прохор, открой гостям. Стоит узнать, что им так поздно от нас понадобилось. За дело!

Благодаря тому, что Уля уже купила, а Прохор вкрутил все необходимые лампочки в помещениях первого этажа, холл больше не тонул во мраке, а был ярко освещен. Там я и встала, встречая незваных гостей, которые, едва дождавшись, когда дворецкий отопрет дверь, буквально вломились в дом, бесцеремонно отпихивая слугу.

– Господа!
– мой гневный окрик прозвучал для них неожиданно, отчего все трое застыли, а один даже слегка присел и вскинул руки в боксерской стойке.
– Повежливее!

– А ты ещё кто?
– нагло поинтересовался самый бойкий и с ранними залысинами, когда увидел, что я всего лишь молодая женщина, а не взвод ОМОНа.

– Графиня Ржевская, - ответила я с достоинством и завела локон распущеных волос за ухо, позволяя мужчинам рассмотреть перстень главы рода, сверкнувший на моём пальце.
– Хозяйка этого дома.

– В смысле, “графиня”?
– снова опешили все трое.
– А где та, другая?

– Никакой “другой” графини не существует, - отчеканила я.
– А теперь извольте представиться и сообщить мне цель своего визита.

– Так это… - Не знаю, что в моем тоне и взгляде показалось им пугающим, но они нервно переглянулись и тот, который с залысинами, ответил: - От барона Томилина мы. Граф денег ему должен. Был… У нас расписка есть!

– Расписка - это замечательно, - тонко усмехнулась я.
– Я жалею на неё взглянуть.

– Так это… Я не взял, - заюлил бугай и его глазки нервно забегали.

– Тогда о чем разговор?
– Мой тон потяжелел на целую тонну, а во взгляде промелькнул поистине могильный холод, давая понять всем присутствующим, что я не просто аристократка, но ещё и одаренная.

О том, что мой основной дар не боевой, им сейчас знать совсем не нужно.

– Так мы это… зашли просто… узнать, - забормотал бугай, бочком сдвигаясь обратно к двери.
– По срокам и всё такое…

– Передайте барону Томилину, что я жду его завтра к полудню с распиской, - отчеканила я в приказном порядке.
– Деньги у меня есть. Свободны.

– Да. Ага. Простите за беспокойство. До свидания.

Забормотали мужчины наперебой, кланяясь и пятясь, а стоящий рядом со мной Ржевский презрительно хохотнул, добавля:

– Холопы убогие! Только слабых женщин пугать и способны. Пшли вон, отребье!

– Дима, проследи насколько хватит сил, - попросила я его вполголоса, когда дверь хлопнула за последним незваным гостем.
– Думаю, они сейчас будут обсуждать произошедшее.

– Бегу, красавица, бегу!

– Ваше сиятельство, вы что-то сказали?
– напряженно прищурился Прохор, причем глядя не только на меня, но и на пространство справа и слева, а я, обдумав его поведение, заинтересованно хмыкнула.

И не стала скрывать.

– Да, я общаюсь с призраком покойного графа.

Дворецкий напрягся, но не так, как мог бы, если бы заподозрил меня в сумасшествии. Обеспокоенно… но иначе.

– И до вас проклятье добралось?
– вздохнул он тяжко.

– Нет, - качнула головой, позволив себе легкую усмешку.
– Призрак опасен лишь пьяным потомкам, а я, как видишь трезва. Но давай об этом чуть позже, надо понять, ушли ли наши незваные гости и не придет ли кто-нибудь ещё. Кстати, у нас есть лом?