И у него получилось!

– А вот это интересно, - протянула я.
– Получается, своим желанием я придала тебе определенный импульс и даже некие свойства. Отток сил был серьезным. Теперь надо понять, надолго ли его хватит. Ты сам как себя ощущаешь? Можешь проходить сквозь стены и предметы или больше нет?

Снова дернув плечом, гусар спокойно прошел сквозь ближайшую стену и вернулся обратно. Затем со всё возрастающим интересом начал ощупывать шкаф, книги, с загадочной усмешкой уставился на вошедшую Ульяну и даже шагнул к ней, но вовремя увидел мой мрачный, предостерегающий взгляд и сделал вид, что ничего “такого” не планировал.

Даже специально отступил на шаг, чтобы не мешать Уле ставить на столик поднос с чаем и кусочком яблочного пирога, и вдруг заявил:

– Полиночка, душа моя, а отправь меня в бордель, а? Ну очень надо. Есть у меня одно желаньице… К утру вернусь, как штык! Слово офицера!

– Иди уже, - отмахнулась, закатывая глаза.
– Иди куда хочешь и делай, что пожелаешь. Но к восьми чтобы вернулся.

– Так точно, ваше сия-тель-ство!
– отчеканил лихой гусар, щелкая каблуками и задирая подбородок, после чего, гнусно хохоча, выбежал из кабинета прочь.

А замершая рядом со мной Ульяна тихонько уточнила:

– Это ты сейчас мне сказала?

– О, нет, - фыркнула, качая головой.
– Нет-нет, не тебе. Дедуле. Этот охламон отпросился погулять.

Не став уточнять, куда и зачем, я предпочла сосредоточиться на поглощении глюкозы и следующие семь минут активно жевала и пила, пополняя энергетический запас истощенного организма.

– Полина… - Уля явно ощущала себя в высшей степени неловко, но всё же не удержалась, - я понимаю, это не моё дело… Если так, скажи. Но что на самом деле произошло? Я так испугалась!

– Учусь взаимодействовать с призраком, - ответила честно.
– Не поверишь, сама в шоке. Раньше я их не видела, да и дар у меня совсем иной направленности, ещё и спросить толком не у кого, так что тут только опытным путем. Ты, главное, не волнуйся. Слышишь? Постараюсь на следующей неделе расквитаться со всеми долгами и начнем в доме ремонт. Вскроем все тайники, конвертируем в деньги, а их положим на счет рода. Завещание я напишу на Юлю, тебя назначу официальным опекуном, чтобы в случае чего не оставить тебя без копейки. Всё будет хорошо, слышишь?

– Зачем завещание? Не надо никакого завещания!
– моментально перепугалась брюнетка.
– Ты что такое говоришь вообще?!

– Я говорю правильные вещи, - осадила её строгим тоном и перехватила руку, силой притормаживая лишние гормоны, влияющие на панику.
– Мы все смертны. Абсолютно все. Да, я хочу жить долго, но от нелепых случайностей никто не застрахован. Упадет кирпич на голову - и всё. Так что давай, включай разум. У тебя ребенок, тебе её ещё растить. Кстати, ты в курсе, что у тебя прогрессирующий гастрит? А все от нервов! Так что давай, с завтрашнего дня пьешь витамины группы В и думаешь только о хорошем.

– Ты лекарь?
– озадачилась Уля.

– Лучше, - усмехнулась.
– Я медсестра. Идем, подстрахуешь меня до кровати. Спать хочу - умираю.

Вниз мы спустились без приключений, но я даже умываться не стала - сразу прошла в гостиную и села на кровать. Там же разделась, стараясь лишний раз резко не двигаться, пожелала Ульяне спокойной ночи - она всё это время караулила меня у двери, чтобы выключить свет, зарылась в одеяло и расслабилась.

Прошло от силы десять минут - и на кровать запрыгнул Парамон, а я улыбнулась сквозь сон и чуть подвинулась, чтобы котейка лёг на своё любимое место - рядом с моим животом.

Так мы и уснули.

Утро началось рано, причем с гневного шипения и злобного урчания. Просыпаться не хотелось и я, придавив Парамошу одеялом, попыталась поймать ускользающий сон за хвостик, но не преуспела - кот начал вошкаться с утроенной энергией и даже расцарапал руку… Правда тут же сам испугался, ну а я, вздохнув, откинула одеяло в сторону и выпустила паразита на волю, краем глаза подмечая движение рядом с диваном у окна.

– Дим, вот обязательно было меня будить, а?

– Восемь утра, - с приглушенным смешком заявил поручик.
– Как ты и приказывала, прибыл четко в срок.

– А я приказывала?
– удивилась с сонной ленцой и, смачно зевнув, приняла сидячее положение, кутаясь в одеяло, потому что к утру дом остыл, ведь температура на улице по ночам была в районе десяти градусов.

– Судя по всему, да, - на удивление серьезно подтвердил Ржевский.
– Я тебе больше скажу, этой ночью мне удалось неплохо развлечься и даже выпить, чего раньше не происходило ни разу. Ну да не будем обо мне, краса моя, давай о тебе. Ты в курсе, что за домом установлена слежка?