Шрифт:
В тот же миг я ощутила его крепкие, но потусторонне-прохладные объятия…
И потеряла сознание.
***
– Нашли! Вот!
В кабинет Барама стремительным шагом ворвался его новый помощник и положил перед мужчиной стопку фотографий и распечаток.
– Что это?
– недовольно процедил глава, в последние дни пребывая в особенно стойком раздражении.
– Девка! Та девка, которая была вместе с Шестопаловым!
– М-м… - С капельку возросшим интересом Барам перебрал фото, где была изображена молодая русоволосая женщина. На первый взгляд, ничего особенного, таких в Твери тысячи, особенно судя по одежде, но в то же время было в ней что-то… цепляющее. Правильные черты лица, идеальная осанка, царственный разворот плеч и взгляд, кажется, заглядывающий прямо в душу.
– Кто она?
– Графиня Ржевская.
– В смысле?
– опешив лишь на секунду, в следующую Барам поднял на помощника злой взгляд.
– Ты что мне втираешь, щенок? Ржевский не был женат! Его дочери всего два года! А этой как минимум двадцать!
– Так это другая!
– зачастил отшатнувшийся парень, уже не раз прокляв тот день и час, когда его выбрали на эту непростую должность - докладывать боссу обо всем важном.
– Старшая! Тоже ублюдочная, но он признал её по завещанию. Мы уже вытрясли из нотариуса всё, мамой клянусь! Обычная медсеструха в поликлинике, мелкий дар регенерации, и только! Снимала квартиру, сегодня съехала в особняк графа.
– Ага… - задумчиво протянул самый жестокий из сыновей своего отца, по праву сильного занявший его место в день, когда смог его убить.
– Регенерация, значит…
По пухлым губам отморозка скользнула ухмылка, не обещающая предмету его интереса ничего хорошего.
– Последите за ней с недельку. Куда ходит, с кем общается, кто ещё живет в доме. Мне нужно знать о ней всё, вплоть до цвета трусов! Ясно?
– Да, босс! Сделаем, босс!
Помощник сбежал раздавать указания шефа, а Барам, откинувшись на спинку своего мягкого кресла, взял верхнее фото - распечатку с камеры его игорного клуба, где девушка сидела у барной стойки вполоборота, и самодовольно прищурился.
Регенерация - редкий и абсолютно бесполезный дар. Впрочем, знает он ему отличное применение…
***
– Полина… Полиночка… По-оль… - тихонько причитала Ульяна, обтирая мой лоб влажной тканью и периодически похлопывая по щекам.
– Полечка, умоляю, очнись! Только не умирай!
– Не дождешься… - проворчала непослушным языком и подняла руку, чтобы прикрыть глаза от потолочного светильника, бьющего прямо в лицо.
– Что…
Всхлипнув, Ульяна пересела так, чтобы загородить лишний свет, и стиснула мою руку.
В принципе, я уже вспомнила, что произошло перед тем, как я потеряла сознание, и даже догадалась, что стало этому причиной. Сейчас следовало понять, какие последствия это за собой повлекло. Но сначала…
– Помоги… - попросила я Ульяну слабым голосом, но тут на первый план выступил Прохор, который, оказывается, тоже находился поблизости, и именно мужчина помог мне подняться с пола и пересесть в кресло.
Что примечательно, Ржевский тоже был тут, но мелькал в трех метрах за спинами людей, всем своим видом изображая раскаяние и тревогу.
– Полина, что произошло? Что принести? Может, скорую?
– Тш-ш… - остановила чужую панику, приподнимая руку.
– Я в порядке. Просто устала. Перенапряглась. Сейчас немного посижу, приду в себя и лягу спать. Долго я в обмороке провалялась?
– Минут пятнадцать.
Первым ответил поручик, примерно то же самое произнесла Ульяна.
– Ты правда в порядке?
– Призрак подошел ближе, но не сильно, виновато заглядывая мне в лицо.
– Прости. Я не должен был тебя касаться! Не представляю, что на меня нашло!
Уля и Прохор тоже заговорили, снова интересуясь, не нужно ли мне чего, но я прикрыла глаза, качнула головой и произнесла для всех:
– Пожалуйста, успокойтесь. Я не умираю и не планирую. Уля, если не сложно, принеси горячий сладкий чай с выпечкой. Это поможет восстановить силы. Сахара в чай побольше, минимум пять ложек. Прохор, иди спать, уже поздно. Всё, давайте. Не стойте надо мной с такими скорбными лицами, это ужасно.
Кое-как выгнав из кабинета живых, я перевела внимательный взгляд на призрака, который тоже был готов уйти куда угодно и помочь всем, чем возможно, но весь его вид говорил о том, что он не представляет, что в принципе может для меня сделать.
– Дедуль, только не истери, ага?
– усмехнулась тихонько.
– Я в порядке, серьезно. Обычное магическое истощение, я о таком читала. За пару часов оклемаюсь, а к утру и вовсе буду огурцом. Ты, кстати, ещё можешь взаимодействовать с предметами или прошло?
Ржевский неопределенно дернул плечом, давая понять, что не знает, но я специально не стала больше ничего говорить, чтобы не провоцировать магию и нашу пока совершенно непонятную связь на новые подвиги, однако лишь через пару минут поручик догадался подойти и поднять с пола упавшую монетку.