Он кивнул, а я взяла планшет из сумки и направилась на выход. Впереди несколько дней полета, и это самое время, что бы начать обучение моих будущих помощников. Какой бы силой они не обладали, она им не пригодится, когда я покажу им на что способны мы - алхимики.

А тем временем Харон задумчиво смотрел мне вслед.

– Я, Малтаэль и Ниалира живущие нормальной жизнью? Звучит... необычно.
– тихо сказал он. Я этого уже не слышала. Не видела я и того, как на миг зависнув, будто вслушиваясь в пространство, он кинул еще один взгляд на дверь, а после рассыпался белыми искрами.

Дети нашлись в одной каюте, той что выбрала для себя Ниалира. Брат с сестрой сидели на кровати, забравшись на нее с ногами и что-то тихо обсуждали. Лица при этом у них были очень хмурые. Как для детей, так слишком хмурые, я считаю. Меня они ждали, и едва заметив перевели пристальные взгляды, в которых отчетливо читалось ожидание и обреченность.

– Что за хмурые лица, детвора?
– бодро улыбнулась я, проходя к ним и присаживаясь рядом.
– Не думаю, что овсянку здесь подают, так что можете расслабиться.

– Ты теперь нас бросишь?
– без предисловий высказал общий вопрос Малтаэль. Ах вот в чем дело.

– Овсянка - не повод рвать наши отношения.
– отшутилась я, понимая, что речь идет об инциденте в лифте.
– А если серьезно, Малтаэль, то не думала, что вы считаете меня таким ненадежным человеком.

– То, что там случилось...
– попытался объясниться мальчик, глядя на меня серьезными карими глазами, но я его перебила.

– Было проявлением вашей врожденной магии.
– закончила я за него.
– Я вот, например, имею дар менять вещества.

Вытянув руку перед собой, я создала из воздуха плюшевого мишку персикового цвета и вручила его девочке. Она осторожно приняла его с таким лицом, будто он вот-вот рванет, но она готова принять свою судьбу. Эх, мелкие...

– Правда, это не на долго, и скоро мишка исчезнет, - сразу предупредила я, - но вот так выглядит моя магия. Я называю это даром изменения. А как вы называете свою магию?

– Месть.

– Ненависть.

– Ну и названьица, ребята.
– широко улыбнулась я, заранее заготовив свою речь. Думаю, это поможет им изменить отношение к самим себе.
– Вы решили поделить мир на черное и белое, и это свойственно вашему возрасту, но послушайте старую женщину, мир работает не так.

Со старой женщиной это я для красного словца ляпнула. Сама я себя ощущаю едва ли не подростком, но ведь им нужен не друг, а кто-то кто возьмет на себя ответственность за них.

– Месть - звучит очень зловеще, но давайте посмотрим на это под другим углом.
– вытянув ноги и откинувшись на спинку кровати, принялась я рассуждать, а дети затаили дыхание, вслушиваясь в мои слова.
– Как вам слово Правосудие? Звучит благородно, не так ли? А ведь суть одна и та же. Или, например, Справедливость. На ровном месте мстить никто не будет, всегда есть причины. О возмездии просят многие люди, и бывают такие ситуации, когда помочь им в этом деле будет очень благородно. Так что же в итоге у тебя за дар, Ниалира? Месть или Справедливость? Я считаю, это зависит от тебя самой, а не от твоей магии. Только ты решишь, чем станет твой дар. А ты, Малтаэль? Ненависть - очень сильное чувство. Когда оно не доминирует, застилая разум, то способно многократно усилить любое чувство. Ненависть к жаре заставит искать спасительную тень. Ненависть к плохой еде заставит научиться готовить. Ненависть к предательству заставит быть верным. Ненависть - это то, что составляет половину души человека. Второй половиной является Любовь. Наша жизнь без любви и ненависти не возможна. Вы должны понять, что при правильном использовании дара, способны управлять народами. Даже те, кто считает, что их жизнью управляет разум, а не чувства - лгут сами себе. Мы все чего-то хотим, что-то любим, а что-то ненавидим. и из этого строится наши желания, планы, цели, смысл жизни. Малтаэль, ты способен даже отчаявшемуся дать смысл жизни. У тебя великий дар, тебе очень повезло. Я могу влиять на неживую материю, в то время как вы способны управлять человечеством, вести его в правильном направлении, помогать развиваться. Я надеюсь, что когда вы вырастете, то ваша магия поможет вам изменить мир к лучшему. Вы у меня замечательные, я вами горжусь.

Я замолчала и комната погрузилась в тишину. Сейчас был переломный момент, когда брат и сестра должны для себя решить, кем же они видят себя в будущем. Тем, кто вытаскивает людских демонов наружу, или тем, кто этим людям поможет. Со своей стороны я сделала все, что могла, из меня всегда был хромовый психолог, и эта речь далась мне не легко. Я вообще не любитель поговорить по душам. Но время шло, и мои подопечные стали выплывать из своих размышлений. Они переглянулись, будто умеют переговариваться мысленно, а потом посмотрели на меня и так светло улыбнулись, что у меня резко отлегло. Молодец, Настя, справилась. Фух, прям.

– Так, ну все, поговорили и хватит.
– встала я с постели, стаскивая с нее и детей.
– Самое время ограбить столовую! Вы со мной, мои юные ученики?

– Да!
– смеясь, радостно закричали дети.
– А ты правда будешь нас учить?

– Конечно!
– важно кивнула я, изображая строгого наставника.
– Начнем с азов сразу после перекуса. Там, куда мы летим, мне очень понадобится ваша высококвалифицированная помощь.

– Какая помощь?
– осторожно уточнила девочка. Многие слова им были еще не знакомы.

– Ммм... Помощь очень много знающих людей. О, как. Хорошо сказала?
– широко улыбнувшись, спросила я, а когда они дружно закивали, я потащила их на выход.
– Прекрасно, а теперь есть. Я готова съесть целый эсминец.

По пути я заглянула в свою каюту, но Харона там не обнаружила. Наверное, он или с Ником, или с императором что-нибудь обсуждает. Так что в пищеблок мы пошли втроем. Там стояло несколько металлических столов, прикрученных к полу, стазис-камера и кухонный отсек. Но вставать у плиты не пришлось, в камере еды было предостаточно, ее я и стала выставлять на стол перед мелкими. И уже за едой я стала рассказывать им, что мы будем делать дальше.