С грехом пополам нам удалось объяснить щеголю, чтобы он шел домой. Нет, не в гостиницу «Националь», а в обратную сторону — в тихую мирную теплую Андалузию. Иначе — бах-бах, si-si?

И для острастки пальнул из «Стечкина». Шучу, хотя вид карманной ракетной установки так потряс нашего собеседника, что он молниеносно выучил русский язык в объеме последнего курса пединститута имени Н.К.Крупской. И понял нас прекрасно.

Во всяком случае, не успели мы глазом моргнуть, как гость белокаменной уже бился у кассы в Шереметьево-2 в твердом желании улететь к своим кургузеньким жопастеньким креолкам первым же рейсом Москва-Мадрид.

Хорошо, что все закончилось таким благоприятным образом. Я сделал выволочку Никитину и предупредил, что его действия приобретают маниакально-депрессивный характер. Если подобное случится ещё раз отправлю в Кащенко. Пусть выбивают дурь за казенный счет. Квадратно-гнездовым способом. Плюс оздоровительный разряд в 380 вольт.

По возвращению мы обнаружили трех героических бойцов, павших от сулейки и «Сулико». От храпа дрожали стекла, а соседи, возможно, считали, что повторяется молдавское землетрясение 1972 года. И мучились вопросом: выносить телевизоры и жен с детьми или подождать?

Мы спрятались на кухне и связались с усадьбой, узнав от дежурного по роте Куралева — все в полном порядке: г-н Свечкин играет гаммы. С Форой. В четыре руки. Группа слушает и поэтому бодрствуют.

Я чертыхнулся и отдал Никитину раскладушку. Продавив её, он сразу уснул. Со счастливой улыбкой ребенка, которому наконец подарили долгожданную игрушку.

Я сел в старенькое кресло напротив окна. И долго смотрел в ночное сырое и невнятное пространство. И о чем-то думал.

Утром наша веселая гоп-компания оживилась чефиром и старым анекдотом о слесаре Ианыче, который, трудясь на швейной фабрике, таскал детали. И дома все время собирал автомат Калашникова. Из швейной мелочи. К неудовольствию жены.

Потом мы попрощались с милягами-ментами и отправились на работу.

Наша группа вместе с Телом прибыла точно по расписанию. За её действиями я наблюдал из окна своего кабинетика. Парни действовали четко и без суеты. Прохожие, спешащие на утренние летучки, утыкались в преграду и дивились, точно перед ними возникала Великая Китайская Стена.

Не привык наш обыватель к таким капиталистическим излишествам. Удивляется, зачем кого-то охранять? В обществе, где человек человеку брат.

Вот кто бы его, гражданина обыкновенного, защитил? Единственного в своем роде. Ан, нет! Никому не нужен. Даже супруги. Которую в этот час пик давят в подземки, как вишню для варенья.

А чему удивляться? Нужно шагать с мировой цивилизацией в ногу, а не шаркать по утренним мостовым на свое оргтехводстрой местечко чтобы днями протирать дешевые джинсики с мечтой о повышении по службе.

Увы, трудна наша почва для капиталистических авокадо, бананов и ананасов. Не растут экзотические фрукты — хиреют от нашего самобытного, прошу прощения, менталитета.

Предупредив всех, что отбываю в Саха-Якутию добывать алмазы, я закрылся в каморке хакера и там, в виртуальной реальности, провел несколько часов.

После чего понял, что могу сдать «Стечкин» в музей истории, а сам выйти на заслуженную пенсию и мирно окучивать огурцы на ливадийских грядках.

Это черт знает что, право! Воздушное нажатие клавиши и, пожалуйста, не надо штурмовать форпосты нашей экономики, укрепленные итальянским гранитом и самоткаными секьюрити. Это я про банки — коммерческие. Все данные на экране дисплея.

Цифры-цифры-цифры, идущие в каре. Гвардии рядовые невидимых сражений, кровопролитных и бессмысленных, как и все войны.

Что же мы имеем на банковском фронте? Если не считать мелких отрядов, действующих, как батько Махно в сельской местности, противостоят друг другу шесть армий.

Первую Северную армию возглавляет маршал дебета и кредита некто Абен-Гафкин. В её обозе около сорока процентов акций комбината «…льский никель», тридцать процентов акций производителя авиадвигателей «…ские моторы», ещё процентов несколько акций ЗИЛа, а также большие доли в нефтяной и металлургической промышленности.

Вторая армия — Восточная. Впереди на коне в яблоках с калькулятором в деснице маршал Хорь-Хорьковский. Около восмидесяти процентов акций нефтяной компании «ВОСТОК», а также пакеты акций химических, металлургических, текстильных и пищевых компаний.

Третья армия — Центральная, командует ею генерал торговли Го-льдман. Недвижимость, торговля ценными бумагами, цемент, пищевые и химические компании.

Четвертая — Столичная. Или Рост-банк. Этой ударной группировкой командует банкир всех времен и народностей господин В.Утинский. Всех времен и народностей — по причине своего изумительного проникновения без мыла в облеченные властью зады чиновников. Очень активен в столице, как гусь на молодой весенней лужайке.

Пятая армия — Западная. Нет единоначалия, а если и существует, то толстомордый генералиссимус предпочитает находиться в тени. Самая мощная группировка. Обладает монополией на газ, владея крупной нефтяной компанией «ХЕР-ойл» и имея совместный банк «Император всiя Руси» (название условное).