Антиграв стоял, упираясь в почву четырьмя опорами, пучеглазый, как яичница-глазунья,

огромный, белый с желтыми иллюминаторами. Межпланетные расстояния давались ему

легко, и сесть он мог на любую поверхность, хоть на воду, хоть в расплавленную магму.

Старые антигравы становились насквозь черными и прокопченными. Этот был новый,

только-только с монтажной орбиты, поэтому сверкал и лоснился. Из бокового люка Туки

выкатил два обычных бескрылых модуля, один полосатый, другой красный.

– Ну что, капитанская дочка, хочешь прокатиться?

– Всем ждать, - ответил за нее Ричард.

– Да мы на пять минут, - начал было препираться второй пилот, - так сказать, обзорный

вылет.

– Люк захлопни, - неумолимо сказал капитан, - и трап убери. Все равно уже все вышли.

Туки виновато взглянул на Ингерду, пожал плечом и отправился выполнять свои

обязанности.

– Как представлю, - вздохнула Ингерда, - что я не была бы твоей дочерью!

– Ну и что?

– Это было бы ужасно, - засмеялась она.

– Во всяком случае, ты сидела бы сейчас дома, а не болталась по космосу.

Конс появился внезапно. Вдалеке, на пригорке возник его силуэт в развевающемся

золотом плаще. Он приветственно взмахнул рукой, растворился в прозрачном воздухе и

возник снова, уже совсем рядом. Видеть его здесь, после того как они расстались с ним в

Космопорту и полтора месяца просверливали космос, было странно. Рассудок отказывался

это принимать как должное.

– С прибытием, - сказал Конс по-аппирски.

Все так же по-аппирски, как он сам их учил, ему ответили.

– У вас все в порядке?
– спросил он.

– Да, - ответил Ричард, - что с моим сыном?

– Твой сын в порядке, - великодушно заявил аппир, - занят, правда, по горло, но вполне

доволен.

– Где он?
– спросил отец, уже заметно волнуясь.

– У Леция. Завтра ты его увидишь. А сейчас летим ко мне, - Конс немного замялся,

потом добавил, - я не хочу, чтобы ты явился к Лецию без подготовки.

На своей родной планете он выглядел гораздо уверенней и эффектней, чем на Земле.

Ингерда смотрела на него с восхищением и тихим ужасом, как на громовержца.

– Напрасно ты взял с собой дочь, - сказал Конс, взглянув на нее, - она слишком хороша

для этой планеты.

– 166 -

– Она со мной, - ответил Ричард.

– Тогда не выпускай ее руки, - посоветовал аппир.

*********************************************

**********************67

Замок стоял на южной стороне гор. Подъездных дорог к нему не было, только узкие

серпантинчики тропинок, пролегшие в сухих кустарниках и рыжих мхах. Транспорт на Наоле

был исключительно воздушный, а для Прыгунов он вообще не требовался.

Огромное серое здание было словно прилеплено к скале, главный корпус сверкал на

закате длинными ромбическими окнами, флигеля и невысокие башенки перекрывались

кронами мощных деревьев и утопали в желтой листве. Ровных поверхностей, кроме стоянки,

почти не было, сплошные лестницы и ступеньки. Впечатление было двоякое: и гармонии, и

грусти. Огромный замок выглядел одиноко, как старая заброшенная хижина.

Потом началось самое страшное: им навстречу из всех дверей, дверок и подворотен

вышли слуги Конса. Ингерда содрогнулась, пытаясь выдавить их себя приветливую улыбку.

У кого не было носа, у кого зубов, головы были самых разных форм, кожа - от красной до

серо-зеленой, волосы у многих не росли вовсе, а у некоторых росли клоками... в общем, как

в кошмарном сне.

– Вы хотели видеть аппиров, - сказал Конс, - они перед вами.

– Па, - она вцепилась отцу в рукав, - какой ужас...

Аппиры, как животные в зоопарке, подходили к людям, преданно и с любопытством

заглядывая им в глаза. Они вызывали брезгливость и жалость. И дикое желание поскорее от

них отделаться.

– Ну что? Достаточно?
– усмехнулся Конс, - расступитесь!
– скомандовал он, - дайте

гостям пройти!

Их ждали. Каждому сразу отвели по просторной комнате. Ингерда запрыгнула на постель

и быстро сняла ботинки с уставших ног. В углу горел камин, отбрасывая языки света на