полное ведро воды, — оно отшатнулось и рухнуло на землю. Из его разрубленной головы хлестала

кровь.

Драко стало плохо. Гарри, выхватив свой меч, прерывисто вздохнул и хлопнул его по руке:

— Хорошо сделано, Малфой…

— Нет! — закричала Флёр, отскакивая от стены, к которой она была прижата, — Это мороки, я же

вам говорила…

Она была права. Драко и Гарри с ужасом видели, как очертания стража, с которым, кажется, было

уже покончено, заколебались, как-то смазались… и вдруг он превратился в короткое чешуйчатое

создание, которое тут же вскочило на ноги и во второй раз бросилось на изумленного Драко. Драко

справился с ним и в этот раз, после чего существо стало змееподобной многоножкой, которой Драко

отрубил голову, используя какой-то другой фехтовальный прием, который Гарри бы даже сумел

распознать, не накинься на него в этот момент подоспевший на подмогу второй страж.

254

Гарри взмахнул мечом и перерезал ему горло, но сделал это плохо, потому что морок тут же

обернулся высоким человеком с длинным мечом и напал на него. Гарри перестал задумываться и

просто разрешил мечу в его руках делать свою работу — он уже знал, что, если очистить свой разум,

то руки начинают жить своей собственной жизнью, или, что вернее, знание, каким-то тайным путем

перетекавшее от Драко к нему, само вело и направляло его руку.

А каждый раз, когда Гарри пытался понять, что он сделал, он оступался или пропускал удар — так

что он прекратил что-то планировать и дал волю инстинктам, ловя незнакомые названия

выполняемых им движений, бегущей строкой скользящих в его мозгу: связка… двойная связка…

выпад…

Гарри быстро покончил с человеком, тот превратился в волка, который обернулся большим

существом, похожим на лису, а оно, в свою очередь, — миниатюрной красоткой в кожаном

нагруднике. Последнее воплощение настолько напугало Гарри, что он пошатнулся и чуть не упал.

Вряд ли у него была возможность захлопать глазами, но в этот миг что-то серебристое мелькнуло

у него над головой и воткнулось в грудь морока.

Кинжал Флёр.

Созданье закричало, формы его дрогнули, оно рухнуло подобно тряпичной кукле. На этот раз оно

съежилось, истекло зеленой кровью и замерло на земле.

Сердце колотилось у Гарри в груди, когда он поднял глаза на Флёр, стоящей над мертвым

стражем в совершеннейшей прострации.

— Спасибо, — произнес он и вслед за ней взглянул на Драко. Тот с белым лицом смотрел на тело

первого охранника. Судя по всему, его трясло — так же, как и Гарри. Почувствовав пристальный

взгляд, он вскинул глаза и тут же изобразил что-то вроде безразличия:

— Ну, разве есть что-то необычное в том, чтобы убить кого-нибудь?

И он самодовольно ухмыльнулся — при виде этого его выражения Гарри всегда хотелось ему

вмазать.

— Заткнись, Малфой, — устало буркнул Гарри.

Флёр наклонилась, чтобы вытащить из груди стража свой клинок:

— Их может прийти куда больше… — она выпрямилась, повернулась и вдруг неожиданно

побелела и упала на четвереньки.

— Флёр?.. — Драко пересек разделявшее их пространство в несколько прыжков и упал рядом

с ней на колени. — Что такое?

Она схватила его за руку. Будь все в порядке, Гарри бы подумал, что это ее очередная уловка,

однако она действительно выглядела неважно — мучнисто-бледная, задыхающаяся, сжимающая

рукой грудь… Постепенно ее дыхание стало нормальным, она подняла голову — лоб был покрыт

бисеринками пота, и Гарри увидел страх, затаившийся в ее глазах.

Драко коснулся ее плеча:

— Ты как? В порядке?

Она кивнула:

— Да… Просто подождите минутку…

Драко поднял глаза на Гарри:

— Поттер, иди и посмотри, сможешь ли ты открыть дверь. Если надо, используй магию. Мы

должны убраться отсюда — и чем быстрее, тем лучше.

Гарри кивнул и двинулся вперед, все еще прокручивая в голове этот странный взгляд Флёр, этот

страх в ее глазах. Да, все они были в опасной ситуации — так что страх был вполне оправдан, но

все же… что-то еще не давало ему покоя.