— Где мы? — требовательно поинтересовалась Джинни, оглядываясь вокруг.

— Там же, где и были, — объяснила Гермиона. — Хроноворот переносит во времени, а

не в пространстве. Так что, похоже, твой отец был прав: Нора в свое время действительно была

замком. Просто его сровняли с землей… Но здесь должны остаться уцелевшие…

— Уцелевшие!

Гермионе на мгновение показалось, что ей вторит эхо. Но, подняв голову, она увидела, что кто-то

склонился с нависающей над ними скалы. Она инстинктивно дернулась назад, закрывая собой Рона

и Джинни. Солнце светило человеку в спину — она могла видеть только темный силуэт волшебника

или волшебницы в мантии с палочкой наготове. — Уцелевшие! — снова крикнул человек — это был

юный, мальчишеский голос — и Гермиона сообразила, что он обращается к ним. — Эй, вы, там,

внизу — вы в порядке? — позвал он.

— С нами все нормально, — отозвалась Гермиона. — Но мы не уцелевшие… Я имею в виду,

не буквально. Мы…

Похоже, паренек решил, что ситуация требует дальнейшего прояснения. Он спрыгнул и легко

приземлился на ноги прямо перед ними, все еще сжимая палочку.

Гермиона издала невнятный булькающий звук и вытаращила глаза.

Это был Гарри — только не тот Гарри, каким он был сейчас, почти семнадцатилетний, немного

даже пугающий ее своей взрослостью и тем фактом, что ему иногда (хотя и не часто) уже

необходимо было бриться. Это был Гарри, каким она увидела его в первый раз: маленький,

тщедушный одиннадцатилетний мальчик, со сверкающими темно-зелеными глазами на лице,

хранящем последние следы детства. Только глаза этого мальчика не были такими зелеными; он

не носил очков, и на его лбу не было шрама. Как и у гриффиндорских игроков в Квиддитч, его одежда

была алой, но весьма допотопного покроя.

Но самым удивительным было то, что, встретив их, он не выказал ни малейшего удивления.

— Вы Наследники, да? — поинтересовался он, слегка приподнимая брови. — Я ждал вас.

***

— Демоны, демоны, демоны? — Нарцисса подтолкнула тяжелую книгу через стол к Сириусу. —

Что за название?..

— Именно это сказал и я, — усмехнулся Сириус. Нарцисса улыбнулась ему в ответ. Он выглядел

лет на десять моложе, чем утром — все еще взволнованный, с напряженными морщинками,

залегшими вокруг рта и глаз, постоянно теребящий браслет на своей руке, (все удостоверялся, что

Амулет Вивикус по-прежнему сияет), однако утренняя безнадежность уже ушла из его глаз. Она

знала, что это следствие того, что с Лупиным все было в порядке, и была рада этому.

Она слегка хлопнула по обложке принесенной им книги.

— И все-таки, где ты ее достал?

— Снэйп, — с довольным видом пояснил Сириус.

— Ты рассказал ему про демона в подвале? — Нарцисса была удивлена.

— Ну, так уж повернулся разговор: «Ну, Сириус, как делишки? Что скажешь? Прислужники из ада

тебя не донимают? А то есть у меня для тебя одна книжица…»

— Не думаю, чтобы Северус сказал что-нибудь подобное.

— Северус, — добродушно передразнил Сириус. — Крошка Севви… Я уже столько лет

не слышал, чтобы кто-нибудь называл его Северусом, кроме Дамблдора. Уж я-то точно его никогда

так не называл…

— Нет, — сказал Лупин, появляясь в дверях. — Если мне не изменяет память, ты обычно называл

его «Мерзкая Рожа».

— В старые добрые времена, — поддакнул Сириус, поворачиваясь, чтобы поприветствовать

друга. Лупин сменил изодранную во время Превращения одежду и, хотя его нельзя было назвать

свежим и отдохнувшим, выглядел он куда лучше.

— Готов идти? — спросил он Сириуса.

Сириус кивнул.

— И куда это вы двое собрались? — строго спросила Нарцисса.

— В Годрикову Лощину, — ответил Сириус, поднимаясь на ноги. — Рем предполагает, что дверца,

282

к которой подходит мой ключ, находится где-то в Лощине. И у меня есть основания с ним

согласиться.

— Годрикова Лощина? — Нарцисса посмотрела на Сириуса. — Разве это не…?

— Да, — коротко ответил он, накидывая свой длинный серый дорожный плащ.