со Слитерином… Однако самой большой помехой оказалось то, что Рон и Драко категорически

не могли находиться рядом — каждые несколько шагов они начинали грызться: Рон намеренно

наступал Драко на ногу, тот в ответ ставил ему подножку — ну, и все в том же духе. Когда они

завернули за угол, Гермиона оглянулась на Гарри — тот страдальчески закатил глаза.

— Я думала, что Драко пойдет впереди нас и осмотрится, пока мы тут подождем… — прошептала

она Гарри. Тот вздохнул и обернулся:

— Ну, пропусти его вперед… Да чем вы там вдвоем занимаетесь?!? Слушай, нет нужды пускать

его вперед… ой, больно, наверное… Прекратите.

Драко и Рон, яростно переглядываясь, разошлись. Гермиона вздохнула.

Теперь они находились в узком темном коридоре с развешенными на стенах доспехами, потолок

терялся в темноте и клочьях паутины. Драко был прав — похоже, в эту часть замка нечасто

заглядывали. Стены отзывались тихим эхом на их голоса.

385

— О чем вы на этот раз спорите? — скрестив на груди руки, требовательно спросила Гермиона.

— Висли намекает, что мне нельзя доверять, — Драко покосился на Гарри. — А потом он встал

мне на ногу.

— А ты мне подставил подножку! — отрезал Рон.

— Сначала ты наступил мне на ногу!

— А куда, черт возьми, ты завел нас, а, Малфой? В ловушку?

Драко с отвращением фыркнул. Оба юноши остановились в темном дверном проеме и буквально

зарычали друг на друга, Гермиона, стоя позади Гарри, молилась, чтобы их не заметили.

— Да, Висли, ты совершенно прав — это ловушка, — Драко заговорил с таким сарказмом, что его

голос резал не хуже отточенного ножа. — Какой ты догадливый! Ведь у меня же раньше не было ни

единой возможности убить всех вас! И сейчас на шее у Гарри не болтается эта хреновина, с

помощью которой, захоти он ее использовать, он прикончит меня в любой момент.

Рон взглянул на Гарри:

— Используй эту штуку, — попросил он, — умоляю!

Драко взмахнул ресницами и повернулся к Гарри:

— Точно, Гарри! — заверещал он фальцетом, передразнивая голос Рона. — Почему бы тебе

не избавить меня от этого отвратительного типа?

Гарри резко взглянул на Драко:

— От тебя нет никакой помощи!

Драко пожал плечами:

— А что, когда-то была?

— Никогда бы не сохранил тебе жизнь, — в сердцах бросил Рон, тут же испугавшись собственной

жестокости. Гермиона потрясенно взглянула на него и сразу же поняла, что он не имел в виду ничего

безжалостно-кровавого.

Драко же был другого мнения. Он послал Рону ангельскую улыбку, означающую на деле крайнее

раздражение:

— Какая прелесть, Висли! — произнес он. — Знаешь, это очень сильно похоже на то, о чем я

размышлял вчера. Когда целовался с твоей сестрой.

Рон рванулся к нему, но цепкие руки повисших на нем Гермионы и Гарри сумели его удержать,

хотя это не мешало ему попытаться испепелить Драко взглядом.

— Держи подальше свои лапы от моей сестры, — яростно взвыл он.

Драко мелодраматично закатил глаза.

— «Держи подальше свои лапы от моей сестры»? И что сие значит?

— Так, вы, оба — быстро прекратили! — взорвалась Гермиона, крепко сжимая руку Рона. — У нас

сейчас есть дела поважнее, чем ваши разборки.

— Я и шагу вперед не сделаю без гарантии, что мы можем ему доверять, — Рон оттолкнул-таки

Гарри и Гермиону и махнул головой сторону Драко.

— Гарантии — да сколько угодно, — улыбнулся Драко. Эта улыбка отнюдь не была доброй. — Я

же пообещал тебе не вламываться по ночам в твою спальню с целью перерезать тебе горло.

— Ты никогда мне ничего подобного не обещал, — опешил Рон.

— Правильно, Висли. Спи крепко.

— Так, все — с меня достаточно, — заявил Гарри. Он выпрямился во весь рост, его зеленые глаза

метали искры. Окровавленный, исцарапанный, с синяками, он сохранил способность держаться с

таким достоинством, что вокруг него словно возникала адмантиновая стена, которую невозможно