Шрифт:
– Едем со мной, - улыбнувшись, вдруг предложила девушка.
– Или тебе куда-то нужно еще?
– Да, пожалуй, нет, - Иван почесал голову, с удовлетворением оглядывая пустынную площадь.
– Что ж, - он махнул рукой.
– Едем.
Уселся рядом, на облучок. Гарпя тронула поводья. Повозка, заскрипев колесами, развернулась и, покачиваясь на ухабах, неспешно покатила неизвестно куда. Серебряная луна висела над сельской церковью, освещая кусты и могилки погоста, безразлично-сумеречно сверкали звезды. Когда выехали за околицу - запахло свежим сеном и клевером, по обеим сторонам, в лугах, пели сверчки.
Гарпя улыбнулась:
– Хорошо-то как, Господи! Тихо, спокойно… Совсем не то, что у нас.
– Ты про что?
– Я ведь из Речи, слуцкая… ты знаешь. У нас там то татары, то лихие людишки, то шляхта шалит. Друг пред дружкой кичатся, а на простых крестьян как на зверей смотрят. Так и зовут - быдло.
– Да уж, Речь Посполитая… - негромко протянул Иван.
– Там много и бывших наших земель, русских. Киев, Житомир, Менск… Да и Слуцк твой, кажется, тоже. Шведы вас там как, не беспокоят?
– Нет, то на севере, в Поморье. От нас далеко. Тсс!
Девушка вдруг бросила поводья, прислушалась, и Иван тоже навострил уши: где-то недалеко слышалась протяжная русская песня:
Ой ты, гой еси, православный царь,
Православный царь, Иван Васильевич…
– Грозного царя славят, - покачал головой Иван.
– Любят его в народе… как вот сейчас - Дмитрия.
– Дмитрий - русский царь…
Юноше на миг показалось, что Гарпя хихикнула. Нет, вроде, сидит - вся такая серьезная. Точно - показалось.
Иван подавил зевок:
– Ну что, сворачиваем?
Девушка без слов потянула поводья.
Свернув, путники проехали еще с полверсты, когда впереди, за редколесьем, показались огни костров. Проехали еще чуть, останавливаясь у возов.
– Ты посиди здесь, а я спрошу…
Не дожидаясь ответа, Гарпя спрыгнула с облучка и побежала к кострам. Отсутствовала она недолго, вернулась радостная, даже, можно сказать, сияющая.
– Поехали! Я нашла, где наши.
– Ваши?
– Хорошие люди.
– Девушка улыбалась.
– Там и остановимся, там и поедим… Страсть как кушать хочется!
Гарпя развернула волов и погнала их к видневшемуся за кустами озеру, поблескивающему колдовским серебряным светом. На самом берегу, в песке, жарко горел костер, а вокруг него были составлены крытые рогожей телеги.
– Хей, дядько Пров!
– привстав, закричала девчонка.
– Куда вставать-то?
– Гарпя?!
– От костра отделилась бородатая тень в круглой широкополой шляпе из грубого войлока.
– Ты где шлялась, пся крев? Мы уж думали - царевым попалась.
– Попалась, - весело засмеялась девчонка.
– Только не я… - Она посмотрела на Ивана.
– Подожди, сейчас принесу еды.
Юноша усмехнулся:
– Может быть, поедим у костра? Или боишься - прогонят?
– Прогонят? Да ну тебя! Что ж, если так хочешь, идем.
Гарпя представила юношу просто по имени, не поясняя - кто. Да и что она могла пояснить? Сидевшие вокруг костра люди - кряжистый бородатый старик Пров, какие-то женщины в монистах и широких юбках - подвинулись, освобождая место.
– Гарпя опять кого-то залучила!
– засмеялась одна из женщин… совсем еще молодая, шустрая.
– А, Гарпя?
– А ты что, завидуешь?
– Конечно… Молодец, вижу, справный…
Гарпя поставила в траву миску с ухой, одну на двоих с Иваном:
– А вы что ж не ложитесь?
– Ждем гостей.
– Гостей?
– Ну да. Про нас тут уже все знают… да и у нас здесь и казаков, и жолнежей знакомых много…
– То-то я смотрю, Марудзи с Аграфеной нет… и Влады… Поди, с гостями уже… - Девушка повернулась к Ивану.
– Ты ешь, ешь…
– Благодарствую, наелся уже…
– Ну, тогда идем…
Поблагодарив за уху, они отошли от костра. Гарпя утерла со лба пот:
– Жарко как… Душно прямо.
Юноша улыбнулся:
– Да уж, ночка теплая.
– Слышишь?
– Девчонка приложила палец к губам.
– Смех, голоса, брызги… Купается кто-то. А давай - и мы!
– Давай, - легко согласился Иван.
Гарпя разделась первой, бросилась с разбегу в озеро, а Иван еще долго возился с застежками. Наконец зашлепал по воде ногами:
– Эй, где ты?
– Тут!
Гарпя неожиданно откликнулась откуда-то сзади, видать, нырнула, проплыла под водой. Подкралась, обняла за плечи… неожиданно толкнув. Юноша не удержался на ногах, упал, поднимая брызги. Вода оказалась теплой, парной, и Иван искренне наслаждался купанием. Рядом плескалась Гарпя. Вот подплыла, ухватила за ногу: