– Да пошёл ты, – рявкнул я.

– Так-так, – проворчал Рикки, – опять за своё. Посмотрим, что ты скажешь теперь.

И сразу после этих слов я почувствовал рез-кую боль в голове. Это было следствием удара, правда несильного, револьвером по затылку. Я хо¬тел было заар—тачиться, но вовремя одумался. По¬жалуй, мне в моём теперешн-ем положении не спра¬виться с ними, что ж, значит придётся п-одождать.

– Это я только погладил теб-я по голове, Сали¬ван, чтоб ты, наконец, понял, что мы вовсе н-е шутим. У нас к тебе серьёзно-е дело.

– Даже слишком серьёзное, – у-хныльнулся Бин.

– Ладно, – сказал я, потирая у-шибленный заты¬лок, – теперь я кажется понял, что был не сов-сем прав.

– Вот так-то лучше, – Рикки аж засопел от удовольствия. – Би-н, отбери у него пушку.

– Само собой, – сказал Бин и, о-торвав своё тощее тело от кр-есла, подошёл ко мне. Ещё раз с-веркнул золотом своих зубов и изрёк: – рассте¬гни-ка пиджак, Саливан.

Я послушно выполнил приказа-ние. Бин вынул из кобуры мою “беретту” и показал её Рикки.

– Смотри, Рикки, такой круто-й парень, а поль¬зуется какой-то игрушкой.

– Мой дорогой, у больших люд-ей всегда так.

– Как это?
– не понял Бин.

– Эх ты, недотёпа. Ты что, даж-е шуток не понимаешь?

– Хватит базарить, – прервал я их глупый раз¬говор. Я и этой игрушкой могу в два счёта ухл-о¬пать вас.

– Нет, милый, вряд ли, по крайней мере, толь¬ко не сейчас. Се-йчас она тебе не понадобится. Бин, вынь обойму и отдай её м-не, а пушку убери подальше, во-н туда на стул. Потом ты всё п-олу¬чишь обратно.

– Когда?

– Когда мы поговорим с тобой.

– Вы ничего не будете иметь против, если я присяду?

– Садись, Бин, звони.

– Сейчас, – ответил Бин и направился к теле¬фону,но на полпути остановился и, взглянув на ме¬ня, лукаво спросил: – можно позвонить?

– Да ради Бога, звони.

– Да ты, похоже, и в самон деле’ добряк,- улы¬бнулся Бин. Сказав это, он неспеша подошел к телефону, положил револьвер на стол и сняв труб¬ку набрал номер.

– Алло, это Бин. Карл, будь добр, соедини меня с боссом.

Бин искоса взглянул на меня, очевидно что-то прикидывая, и снова уткнулся в трубку.

– Да, это Бин, сэр. Мы с Рики в квартире у Саливана... Что вы сказали, сэр?

Бин слушал внимательно, буквально уставясь в трубку, очевидно боясь упустить что либо осо¬бенно важное. Уважали они по видимому настоль¬ко своего босса, что даже Рики, до этого неот¬ступно следивший за мной, и тот на какое-то мгновение повернул голову в сторону телефона. Этого я только и ждал. Я молнией соскочил со стула и почти тут же нанес Рики мощный хук ле¬вой в его поганую челюсть. Все произошло на¬столько быстро, что Рики так очевидно ничего и не понял. Вытаращив глаза, он мешком свалился на пол. Я попытался было выхватить у него револь¬вер, пока он падал, но у меня ничего не вышло: дуло, влекомое к низу тяжелым телом, с легкостью выскользнуло из моих потных пальцев. В это вре¬мя Бин, отбросив трубку, уже хватал свою пушку со стола, но куда ему тягаться с таким монстром как я. Не успел он еще даже толком при-тронуться к своей пушке, как получил сильнейший Удар по предплечью. Ну и все, револьвер змеей выскользнул из его пальцев и мгновением позже уже лежал на полу вне пределов досягаемости. От моего следующего удара его хилое тело бук¬вально врезалось в стену. Бин взвыл от боли. Рики, о котором я уже почти позабыл, наконец-то, начал подавать признаки жизни, издавая какие-то абсолютно нечленораздельные звуки. Я на всякий случай мельком оглянулся, чтобы поймать его взгляд. Наши глаза встретились. Нет, он еще не совсем пришел в себя. Его глаза были затуманены. По видимому он по-прежнему находился в со¬стоянии нокдауна, но уже сучил руками и вертел головой, очевидно ища свой револьвер, который он все ж выронил при падении. И он нашел его, но я не дал ему воспользоваться плодами его усилий. Я встал за ним и, когда он схватился за рукоятку револьвера, поднял правую ногу и на¬ступил ею на его запястье. Причем довольно сильно. От боли у него расширились глаза. Он как-то странно не то забулькал, не то захрюкал. Я подобрал револьвер и вставил дуло в его ухо.

– Ты думаешь наверное, какой ты милый Маль¬чик?

В ответ я услышал только то же хрюканье.

– Ну, это без сомнения может означать только “да”, – рассмеялся я

Теперь я решил взглянуть и на Бина. Тот все еще стискивал и ощупывал свое предплечье.

– Надеюсь, я еще терпимо обошелся с тобой сынок. Я мог позволить себе и такое, ведь я был сильнее.

Он бросил на меня взгляд полный гнева и оби¬ды .

– Черт, ты же сломал мне руку.

– Хм, но у тебя же их две. Используй здоро¬вую. Снова возьми в нее трубку да, так уж и быть, договори со своим шефом до конца. Мне ведь тоже небезынтересно знать, чего он от тебя хочет. Ведь я, мой мальчик, уже начинаю питать слабость и к твоей попке. Стоп, но сначала я хочу знать, кто там у тебя на другой конце провода.

– А не пошел бы ты к черту, – проворчал Бин.

Я вздохнул, – Мне что-то не хочется ни в ка¬кой ад. А вот тебе придется туда спуститься. – И с этими словами я не спеша подошел к нему – куда он мог деться – и сунул ему револьвер прямо в его крысиную рожу. – Говори, сука.

– Проти! – нехотя буквально сквозь зубы про¬цедил Бин. Видно он был не настолько уж и трус¬лив , этот малый.

– Абрам Проти?

– Ну да.

Абрам Проти был большой шишкой. Он занимал высокую ступень в иерархии мафии. Особенно здесь, в Нью-Йорк Сити.

– Ладно, цапай трубку Бин, теперь уж точно разрешаю.

Бин выглядел вконец отчаявшимся.

– Да не ломай ты себе головы, парень, – успо¬коил я его. – Проти и сам все поймет.

– Саливан, – послышалось из трубки, которая все еще болталась где-то за столон, – Саливан.

– Мистер Саливан, – поправил я. Последовала небольшая пауза и затем...

– Мистер Саливан!

– Так-то лучше.

– Голубчик вы мой, – произнес немного знакомый мне тонкий, почти детский голосок Проти.
– Мне надо обязательно поговорить с вами.