Так же я не был уверен, что завтра моего напарника отпустят куда бы то ни было... Очень может быть, что он проиграет этот поединок в суде, потому что не явится на него в лице полицейского форс-мажора. Впрочем, я устал гадать, что с нами будет, я не стал слишком напрягаться по этому поводу. Как оказалось впоследствии - зря. Я не подготовился сам и не помог подготовиться моему подопечному. А готовиться было к чему. Дежурный офицер вернулся, причём не один. Дверь в кабинет резко распахнулась, для создания такого эффекта обычно пользуются ногами, но вошедшему это не требовалось: силы ему было не занимать.

– Он тут?
– входя, человек не говорил, а рокотал.

По объёму занимаемого пространства, сравнить его можно было бы с Ромио или с патроном Бастианом. Но если Ромио был рассеянным и задумчивым медведем, а патрон Бастиан - мирным и добродушным, почти плюшевым мишкой, то Орсо Джакомо производил впечатление медведя-шатуна, которого неосторожные охотники подняли с зимней лёжки. Злобный, резкий, умный и очень опасный зверь вошёл в кабинет.

Рядом с ним терялись и бледнели сопровождающий его офицер и некто в церковном одеянии, но без специальных знаков отличия, что само по себе заставляло насторожиться.

Я поднялся и поклонился ровно так, как это было обусловлено этикетом, ди Ландау остался сидеть, удивлённо глядя на делегацию. В общем-то, ему, как пострадавшему, это было позволено.

– Это он?
– вперившись налитыми кровью глазами в моего подопечного, спросил сеньор Джакомо.

– Багратион ди Ландау, эксперт, - невыразительным тихим голосом подтвердил церковник.

Он был под стать своему тембру - такой же незаметный, белесый и длинный, как недоваренная макаронина. Стоило его голосу замолкнуть, как его звучание почти тут же стиралось из памяти.

Я-то думал, что матрона Маргарита просто предупредила сеньора Джакомо. В смысле, уведомила письменно, но я не ожидал, что глава полицейского управления будет на месте и будет осведомлён о существовании моего подопечного ровно тогда, когда мы окажемся в полиции. Не знаю, был ли это отголосок паранойи ди Ландау или у меня начала развиваться собственная, но я засомневался, а не на нас ли устроили засаду в полицейском управлении.

– Ну, я, - мой напарник поднялся, с подозрением и без узнавания глядя на вошедших.
– Вы кто? Представьтесь!

Его роста не хватало, чтобы увидеть шитьё на погонах сеньора Орсо, поэтому он не сразу сообразил, кто перед ним. То, что он не испугался, раздосадовало сеньора Джакомо и он тут же отреагировал, грассируя звук "р", что выдавало его сильное раздражение:

– В моём упр-рравлении вопр-росы задаю я!

Ди Ландау мгновенно вскинулся: после нападения и кружки рома, похоже, он соображал не очень хорошо, зато всё накопившееся за день недовольство мгновенно в нём всколыхнулось:

– Прежде чем задавать вопросы, приличные люди сначала представляются!
– недальновидно буркнул он.

Я едва успел выдернуть его из-под протянутой лапищи сеньора Орсо (не хватало только, чтобы магу свернули шею прямо тут), усадил обратно на стул и извинился:

– Сеньор ди Ландау сильно пострадал в схватке. Пожалуйста, прошу понимания и снисхождения.

Церковник тихонько кашлянул, и глава полицейского управления поджал губы:

– Тебе повезло, экспер-ррт, что у тебя такая нянька, как Фил, - он кивнул мне: - Представь меня.

Я честно выполнил эту просьбу, хотя фраза про няньку мне не слишком-то понравилась. Ди Ландау вытаращился на главу полицейского управления, и я прямо кожей почувствовал, как у него вокруг головы заклубились мысли и подозрения. Он явно просчитывал, что происходит, чем он обязан явлению этой персоны и таким интересом к себе.

Дежурный офицер поставил для начальника стул, а так же усадил церковника.

– Протокол, - протянул руку сеньор Джакомо, и ему в ладонь легли наши показания.

Полицейский бегло проглядел написанное и криво усмехнулся:

– Значит, ты у нас тот самый ди Ландау, который поднял всё моё управление на уши из-за украденной агарской штучки. Пришлось нам изрядно побегать и посуетиться, лишь бы найти того, кто посмел потревожить внезапным нападением твоё мажеское высочество.

Вот этого мой подопечный вынести не мог: пусть этот Джакомо ведёт себя как хочет, он хозяин на своей территории, но вот присваивать чужую славу и победу, да ещё так откровенно. Ди Ландау вскинулся второй раз за вечер: