Первые несколько дней плавания прошли без каких-либо особых происшествий. После разгульной жизни на берегу, пираты привыкали заново к корабельному существованию в режиме рабочих вахт.

В первые же дни плавания я обратил внимание, что Дуче увеличил свой экипаж примерно вдвое. Скорей всего он одолжил людей у другого капитана, чьё судно одновременно с нами стояло в Порт-Рояле. И видимо, сделано это было с какой-то определённой целью. Ведь лишних людей на корабле не было. Каждый являлся специалистом в своём деле. В обязанность одних входило судовождение и обслуживание различных корабельных систем. Особняком стояли профессиональные наёмные солдаты Майора и Нино – главная ударная сила в руках Дуче. Хотя в серьёзных абордажах, как правило, участвовали все пираты, включая радистов, механиков и даже коков. Ещё были сотрудники личной канцелярии капитана: бухгалтер и делопроизводитель.

Отдельной – самой низшей категорией морских разбойников являлись завербованные за гроши жители прибрежных рыбацких деревень. Свою долю от дележа добычи – призовые деньги они не получали. Эти китайцы, индийцы или филиппинцы занимались на судне самой грязной работой наравне с рабами. На рискованные абордажи их бросали первыми как дешёвое пушечное мясо. Впрочем, некоторым рыбакам со временем удавалось войти в состав основной команды. Именно о такой «ослепительной» карьере и мечтал мой приятель Ши Тао.

После окончания специальных работ сухогруз сильно изменился. Теперь он выглядел как совершенно другой корабль и назывался «Сан-Франциско». Зная биографию Дуче, я мог предположить, что сицилиец так назвал судно в честь города, который продолжительное время манил его к себе через тюремные решётки во времена пребывания молодого мафиози на острове Алькатрас. Капитан явно был сентиментальным человеком.

На мне по-прежнему лежали обязанности судового врача. Только теперь я являлся полноправным членом экипажа. Поэтому на тяжёлые судовые работы меня не назначали.

Мой давний приятель китаец Ши Тао вновь стал регулярно заходить ко мне в санчасть. В дни пребывания в Порт-Рояле мы виделись всего несколько раз. Как я теперь узнал, он проходил военную подготовку в специальном тренировочном лагере под руководством опытных инструкторов.

Однажды в коридоре я столкнулся с Майором. Он посмотрел на меня своим твёрдым холодным взглядом, но ничего не сказав, прошёл мимо. Я понял, что наёмник при первой же возможности обязательно отомстит мне за своего погибшего родственника.

Шёл шестой день плавания. Я обедал в столовой рядового состава. Как я уже сказал, после «увольнения» Мартеля я пользовался всеми те ми же правами, что и другие члены экипажа. Итак, я сидел за одним столом с несколькими пиратами и ел. Неожиданно взвыла сирена аварийной тревоги. Все, кто находился в столовой, за исключением сотрудников кухни, бросились на свои посты. Только я один остался на месте. Пока не началась стрельба и не появились первые раненые, я мог не спешить возвращаться к себе в санчасть. Поэтому я спокойно доел свою курицу с пюре и перешёл к пицце. Но тут в столовой появился посланец от Дуче:

– Эй, Крок, к капитану! – от дверей крикнул о мне. Я никак не ожидал, что это индейское прозвище так прочно прилипнет ко мне. Впрочем, Дуче обращался ко мне по-старому:

– Приветствую вас, док!

Капитан был одет словно для игры в гольф: в светлые брюки, рубашку с коротким рукавом типа «поло» и в мягкие спортивные тапочки. Его накаченные бицепсы, боксёрские плечи, плоский живот вызывали невольное уважение. Для своего возраста итальянец находился просто в феноменальной физической форме. А ведь судя по рассказу Нино, его отец давно должен был перевалить за шестидесятилетний рубеж. Но Дуче никак нельзя было дать на вид больше полтинника. Да и то лет пять итальянцу добавляла седина на висках.

Сверкая белозубой улыбкой, Дуче спросил, доволен ли я своим положением штатного врача.

– Да вполне – ответил я.

– Прекрасно! – вновь улыбнулся мне капитан. – Теперь, как член экипажа, вы будете наравне со всеми получать свою долю призовых. На днях я подпишу с вами контракт.

Капитан явно находился в приподнятом настроении: много улыбался, жестикулировал.

– Полагаю, что же сегодня на вашем счету появятся первые десять-пятнадцать тысяч – сообщил мне Дуче.

Он взял со своего столика массивный бинокль. Вручая его мне, указал на серую точку вдали:

– Это камбоджийский сухогруз. Он должен был подойти к нам, чтобы помочь потушить пожар и при необходимости эвакуировать команду, но почему-то лёг в дрейф. Похоже, его капитан что-то почувствовал и наблюдает за нами… Одну минутку.

Дуче отвернулся от меня, чтобы недовольно крикнуть своему помощнику, которого я про себя называл «Головастиком»:

– Мне не нравиться как мы «горим», Винштейн! Пускай подкинут ещё несколько покрышек и подольют солярки.

На палубе нашего корабля пираты развели несколько костров, которые сильно дымили. Таким образом, подчинённые Дуче имитировали пожар на сухогрузе, стремясь подманить жертву поближе.