– Я вижу, у вас тут совершенно земные условия.

– Справляемся...

– А что компенсируют ваши компенсаторы?

Рихтер мягко улыбнулся:

– Климат же. Долины несколько э-э... впереди процесса. Как минимум, подправляем здесь температурно-осадочный режим.

– Как это делается, интересно?

– Ну, основное - тропосферная ионизация. Локальная. Великолепно управляет потоками. Причём, трансмиттером делается сам динамический йонный корд; все эти поля излучателей - в прошлом.

– Их я тем более не встречал.

– Ну, мало ли, может, слышали...

Кейр покивал. Сменил тему:

– Но я знаю, что вы серьёзно недозаселены. Даже для этой стадии.

– Ну так, дорого же! Вдобавок, как назло, цены упали...

– ??

Рихтер закинул руку на глубокомысленный затылок:

– Видите ли... Я не только про транспорт - хотя транспорт до нас вампирски дорог, до сих пор! Тут ещё вышло мнение, что флюорелла, э-э... проблемна. Чуть ли не, "океан вообще не очистится". Это, конечно, ерунда. Но народ в итоге не рвётся столбить здешние просторы, цены совершенно бросовые. Мы - в смысле, губернатор - и не продаём... Но пока, надо же как-то деньги делать!

– Понимаю. И на чём делаете?

– Биосинтез, конечно... Под каждый геоценоз можно подобрать продукт - такой, что на порядки дешевле выйдет, чем в синтезёрах... Даже при нашем дорогущем транспорте. Ну, подобрали, делаем... Есть такой заливчик... вот он на карте... далеко, да... но тем безопасней... Мы в него сеем. Собираем... Видели на картинках роботов, таких, иссиня-ржавых; они на Вторую Площадку садятся?

– Нет пока.

– Это вот оттуда. Коррозия - просто жуть.

– Я начинаю верить, что флюорелла - страшная вещь...

– Не-ет, она наполовину уже убита. И до конца убьётся... Просто, ещё важно балансировать с растущим фотосинтезом... А в заливчике - не одна она, там гаврики и похуже... Но, тоже вытравим. Когда время придёт.

– Не скоро, чувствую, в ваших морях станет можно купаться.

– Лет через пятьдесят. Тьфу для терраформии. Очень скоро... Зато: дожди, реки - чистейшие! А купаться - в нашей долине два бассейна. В Нижней - ни одного, но там речка уже вполне. Холодная, правда... Но изумительный дикий лес. Если любите.

– Не очень.

– А, и ладно, - Рихтер вернулся в схему Верхней.
– Терраски... Сосновая Балка... Рубикон. Три наших посёлка. Персонал в основном здесь... Я прикидочно ваше знакомство с персоналом на завтра планирую - годится?

– Да.

– А сегодня вас берут в оборот девчонки, знаете?

– Нет. Но ладно, пусть берут.

– Отлично. Айка всё объяснит... Кстати. Не называйте их целестеанками. Это так, местный жаргон... Технический, не афишируемый. И да! Главное. Ни слова про карантин!!

– Карантин?? Какой ещё карантин?

– А, вы не знаете. И правильно, что не знаете: нет никакого карантина. Это вот что было: тогда, на Целесте, ну, когда рвануло - биологическая же опасность, не шуточки!
– объявили карантин. Но выяснили, что вне комплекса, действительно, ничего нет. Однако деток этих продержали-таки в карантине полгода. Вдобавок ко всем прелестям... И вот, некоторые рассматривают Рианнон как продолжение их карантина. Дескать, колония, мелкая, малорентабельная, изолированная... Совершенно ответственно заявляю: карантин снят, выход открыт, если кто из девок начнёт эту бодягу - чётко им заявите: нет никакого карантина. И это без подвоха, официально.

– Ясно. Учту.

– Так... Показать... Что ещё показать?

Кейрис пожал плечами:

– Да... пожалуй, достаточно для начала. Спасибо за интродукцию. Вопросы, конечно, ещё появятся... Буду постоянно теребить вас.

Рихтер мило, по-детски, улыбнулся:

– Всегда пожалуйста.

Айка в холле встрепенулась, вскочила, заулыбалась. Вышла с Кейрисом (Рихтер остался что-то там помониторить):

– Ну, что - веду вас к вашему дому?

– Да.

– А... я вот ещё хотела спросить... Вы там подключились? Вас теперь вызвать можно? А то я пробовала, и...

– Нет. Нельзя.

– Почему-у?

Кейрис высветил на лике светскую ехидную улыбочку:

– Я намеренно отключён. Если принимаешь вызовы - система знает, где ты находишься. А инспектору положена свобода действий.

Айка удивилась:

– У вас мобик какой-то особый? Наши не отключаются...

Кейр достал свою пилотскую планшетку.

– ...Ух ты, какой большой... Он что, и не гнётся?.. А, нет, гнётся... Это какой-то особый, да?

– Пилотский.

Глаза собеседницы округлились: