– Да ну тебя...

Она попыталась вырваться, но он ее удержал. Смеющиеся темные глаза заглянули в ее глаза, обдали жаром и заставили покориться. Вырываться больше не хотелось. Теплые настойчивые губы переворачивали все внутри и мешали думать. Время остановилось, а все беды и горести позабылись. Эти ласково обнимающие руки дарили спокойствие и уверенность. Любовь согревала и пробуждала ответное чувство со скоростью бушующего торнадо. Виктория была уверена, что эти отношения напоминают ей разыгравшийся вдруг с небывалой силой торнадо.

Виктория открыла глаза и впилась взглядом в темные глаза напротив, что бы разгадать их истинные намерения и чувства.

Александр вдруг снова рассмеялся.

– Ну что на этот раз?
– снисходительно спросила Виктория.

– Куда подевались твои ядовито-неестественные линзы? Кстати, без них тебе намного лучше.

Виктория нахмурилась. Надо же и это заметил! Нахал!

– Ну, правда, зачем прятать такие очаровательные, небесного цвета глазки?
– улыбаясь, проговорил Александр.

Виктория промолчала. Не будет же она объяснять ему, что свои собственные глаза напоминают ей глаза какой-нибудь рыбы? У королевы не может быть комплексов!

Вместо этого она небрежно заметила:

– Хватит банальностей. Увези меня отсюда!

– Как скажешь, поехали.

Через пять минут они сидели в его черной Мазерати.

– Так куда тебя увезти, любимая?
– спросил Александр, поворачивая к ней лицо с горящими нежностью глазами.

– Подальше отсюда. Не могу находиться больше в этом городе. Слишком много всего...смерти, предательства. Я так устала от всего.

Виктория откинула голову на сиденье и закрыла глаза.

– Тогда едим в Москву, - предложил он.
– Там у меня огромный дом, тебе понравится.

– Да, лишь бы подальше отсюда. Никого не хочу видеть из бывших знакомых. Они для меня умерли.

– А что насчет свадьбы, какими будут твои пожелания?
– спросил будущий муж.

– Париж и только он, - ни минуты не сомневаясь, проговорила она, открывая сразу заблестевшие глаза.
– Любимый Париж...там я восстановлюсь.

– Что ж Париж, так Париж, - подытожил Александр.
– Лишь бы ты была счастлива.

Мазерати мчался по улицам Петербурга, а Виктория уже предвкушала новую жизнь. Она исцелится, попытается смириться с прошлым и научится получать удовольствие от настоящего. Научится жить как раньше, ни о чем не думая и не переживая. Несмотря ни на что и всем на зло, станет снова счастливой и беззаботной.конце концов, она попытается отомстить. Отомстить тому, кто разрушил ее жизнь и погубил ее самых родных и близких людей, тем, кто даже не попытался ей помочь в трудную минуту, тем, кто оставил прозябать в нищете.

1

Две недели в Париже действительно оказались наилучшим лекарством и полностью вывели Викторию из того состояния, в котором она чуть не рассталась с жизнью. Как говорил когда-то Достоевский: ”Париж - единственный город в мире, где можно страдать, но не быть несчастным”. И это правда. Будучи в Париже, Виктория уже не чувствовала себя несчастной и разбитой. Появилось желание жить дальше, радоваться жизни несмотря ни на что.

Свадьба прошла в роскошном Версальском дворце. Это была мечта Виктории еще с детства. Она всегда говорила, что если и выйдет когда-нибудь замуж, то только в Версале, с кольцом на пальце от Гарри Винстона и в платье от Эли Сааба. Так и случилось. В белом, полупрозрачном, обшитом драгоценными сияющими камнями, с длинным струящимся шлейфом, платье от выше упомянутого дизайнера, с огромным бриллиантом на кольце из белого золота, красовавшимся на безымянном пальце правой руки, в шикарном, невероятной красоты зеркальном зале Версальского дворца она соединила свою жизнь с единственным человеком, от прикосновения которого в ее душе что-то шевелилось. На церемонии они были только вдвоем, как того захотела Виктория. Зеркальная галерея Версаля своей неповторимой красотой оформления, росписью потолков и стен, роскошью всевозможных статуй и сверкающих люстр - непривычно резала глаза после жизни в убогой однокомнатной каморке.

Прогуливаясь по регулярному парку Версальского дворца, состоящего из множества террас, которые понижаются по мере удаления от дворца, мимо всевозможных клумб, газонов, оранжерей, бассейнов, фонтанов, а также многочисленных скульптур, невозможно было не ощутить себя на некоторое время в самом деле королевой. Александр выложил уйму денег, что бы Версаль, на время их там пребывания, закрыли для посещения туристов. Гулять вдвоем по всему этому великолепию было сказкой, на которую Виктория уже совсем и не надеялась, почти смирившись с наступившей бедностью.