– Откуда ты знаешь?

Ладира чуть запнулась об одну из ступенек, но быстро выровнялась.

– Бардан мне сказал, - она всё же вырвала свою руку из его и пошла быстрее, - она прислала Чернокрылую.

– Я запутался, - признался Эскель, - "они" или "она"? И что за Чернокрылая?

– Она, - Ладира замялась, - это Милениль, помощниц первого Историка. Та ещё... не важно.

– О, - зло обрадовался Эскель, - есть ещё и первый Историк!

Историк-изгнанница совершенно серьёзно кивнула.

– Меня приказали казнить... Бардан подслушал.

– Жестоко, - заметил чернокнижник, уже успевший уйти в свои мысли, - что с этой... крылатой?

– Мы с ней вместе учились, - призналась Ладира, - не были сильно близки, но общались. Больше, чем с другими. Только она испытания выдержала, а я... ну, я хотя бы успела сбежать.

– И она так легко согласилась тебя убить?
– почему-то удивился Эскель, открывая дверь Ладире.

– Не думаю, что у неё был выбор.

– Выбор есть всегда, - возразил чернокнижник.

Ладира замерла и дрогнувшим голосом ответила ему:

– Не у нас... них.

Эскель опустился в кресло. Ладира медленно опустилась на край кровати. Растерянное выражение не сходило с её лица.

– Ты ничего не хочешь мне сказать?
– после долгого молчания вдруг спросил маг.

Ладира только покачала головой.

– И всё же?
– настаивал Эскель.
– Почему ты только что была в панике и собиралась бежать, а сейчас сидишь и ничего не делаешь?

– Просто...
– Ладира вдруг замерла, не закончив фразу.

– Ладира?
– чернокнижник ощутил что-то очень странное, - Ладира!

Она молчала, замерев. И только руки, затянутые в чёрные перчатки, задрожали.

– Ладира?
– он встал с кресла и подошёл к ней, - что случилось?

Ладира долго не отвечала, она была словно в трансе. И только когда Эскель осторожно встряхнул её за плечи, она ответила.

– Они... они перекрыли мне выход из этого мира...
– она посмотрела на него, в её серебристо-серых глазах блестели слёзы, - они убьют меня.

Эскель совершенно не знал, что ему делать. Поэтому он просто обнял Ладиру и зачем-то сказал ей, ласково проведя рукой по длинным чёрным волосам:

– Я не дам им тебя убить.

Это простое обещание почему-то подействовало на Ладиру правильно: он мгновенно успокоилась, выдохнула и, осторожно выбравшись из его рук, начала рассуждать вслух:

– У нас нет никакого выхода, кроме как принять бой. Я не знаю, кого прислали кроме Чернокрылой и прислали ли.
– Она задумалась.
– Можно ещё... нет, это глупость.

Эскель чувствовал, что второй вариант вовсе не глупость, хоть и не знал его суть.

– Что ещё можно?
– решил он не игнорировать своё предчувствие.

Маг, особенно чернокнижник, не может не обращать внимания на интуицию. Сколько раз он спасала ему, Эскелю, жизнь - не счесть. Именно поэтому он предпочёл заметить оговорку Ладиры. Кто знает, может именно в ней лежит их, её, спасение?

– Это правда глупость, - отмахнулась она, но заметив его взгляд всё-таки объяснила, - можно обратиться к великому судье.

– К кому?
– не понял Эскель.

До появления в его жизни Бардана и Ладиры он даже не подозревал о существовании Историков, не то, что о каком-то там великом судье.

– Великий судья.
– Терпеливо повторила историк-изгнанница, - Высший Летописец равновесия.

Эскель опять ничего не понял, но виду не подал.

– Хорошо, - кивнул он, - и что нам даст обращение к нему?

– Ну, - замялась Ладира, - он может подтвердить приговор, либо отменить его.

– Хорошо, - снова кивнул Эскель, - хуже всё равно уже не будет. Как к нему обратиться?

Ладира не ответила, просто встала и, взяв его за руку, повела куда-то. Где-то на середине лестницы Эскель сообразил, что они спускаются в холл.