– Что ж, пойдём домой. Не стоит, - мягко сказал он дочери, протягивая платок, - не стоит...

Эльмариэн приняла его и вытерла слёзы.

– Зачем ты так?..
– обречённо спросила она.

Андмар долго молчал. И, наконец, отозвался:

– Не люблю драконов.

– А я?..
– голос девушки сорвался и она всхлипнула.

Отец не ответил, осторожно взял её за запястье и просто повёл через лес к башне. К дому. Эльмариэн послушно последовала за ним.

– У меня есть плохая новость, - плохо скрывая торжествующий тон, сказал отец на полпути к башне.

Мари могла бы съязвить, сказать что-то резкое, но в этом не было смысла. Не в её правилах.

– Король при смерти, - слишком радостно для любящего внука сообщил он, - ему осталось не долго, и тогда...

Он замолчал. И что тогда? Их коронуют: его - как короля, её - как наследную принцессу. Да только зачем?..

Уже ночью, когда Эльмариэн дремала, а Отец и не думал ложиться, в башню кто-то постучал. Мари слышала, как отец спустился по лестнице и отворил жутко скрипящую дверь. Девушка выскользнула из-под одеяла и прокралась в коридор. Оттуда было хорошо видно входную дверь.

Отец её уже закрывал. Рядом с ним стояла Молесса - смуглая черноволосая женщина среднего роста.

– Не хотела, чтобы в эту ночь ты был один, - спокойно говорила она.

Чем эта ночь была особенной, Мари не знала.

– Спасибо, - кивнул Андмар.

– Андмар, - нерешительно начала Молесса, - ты давно видел Осень?

– Месяца два назад, - он пропустил её перед собой на кухню.

К счастью для Эльмариэн, дверь они не закрыли.

– Я волнуюсь, - призналась менестрель, - с ней всё в порядке?

– Ты волнуешься?
– почему-то очень ядовито переспросил отец.
– Мне казалось, тебе уже два года всё равно.

"Два года?"

Мари напряглась. С отцом что-то не так. Молесса регулярно, раз в сезон, приходит поговорить об Осени...

Но ни разу они не были в башне одновременно.

– Я тебя прошу, Андмар...
– вздохнула Молесса, - держи себя в руках.

– Держать себя в руках?!
– гневно воскликнул принц.

– Я всё понимаю, - сохраняя спокойствие, говорила менестрель, - та самая ночь, всё такое... но ты должен взять себя в руки.

– Я никому ничего не должен, - холодно возразил Андмар.

Он выглянул в коридор и посмотрел прямо на дочь.

– Иди спать, - приказал он и закрыл дверь на кухню.

Мари отшатнулась от стены, к которой прильнула и послушно направилась в свою комнату.

Сна не было ни в одном глазу.

***

– Демоны!
– в полголоса ругнулась Осень, спотыкаясь о корень, торчащий из земли.
– Проклятые.
– Добавила она, поднимаясь и оглядываясь.

Вокруг был самый типичный смутно знакомый хвойный лес

– Демоны проклятые, - задумчиво пробормотала девушка, рассматривая ближайшее дерево, - и где я?

Дерево, сосна, отвечать не спешило.

– И что я здесь делаю?
– продолжила строго вопрошать у него Осень.

Сосна хранила молчание. Осень автоматически поправила длинную тёмно-русую косу, заплетённую в четыре пряди, и снова посмотрела вокруг. Лес оставался безучастен. Вокруг по-прежнему всё утопало во мраке.

Всё, что Осени удалось вспомнить: прекрасный золотой дракон, опускающийся с небес на землю.

Постояв ещё пять минут в тщетных попытках вспомнить что-нибудь, она двинулась вперёд. Но тут её внезапно кто-то схватил за локоть. От неожиданности девушка негромко вскрикнула и отшатнулась в сторону, споткнувшись о тот же самый корень. От падения её удержал тот, кто держал за руку.

– Ты чего орёшь?
– прошипел он.

Осень повернулась к незнакомцу. Это был молодой лит"маро среднего роста с растрёпанными короткими тёмными волосами и изумрудно-зелёными глазами, такими же, как у отца Осени. Или у самой Осени, когда она использовала свой дар.