Я поспешила вместе со всеми выполнить это указание, но мысли в этом процессе участия не принимали. Мысли были заняты другим. До сих пор я слышала только легенды о воинах Храма Фэй Дэ, а теперь у меня появилась возможность увидеть такого воина в действии.

«Могла бы во время посвящения догадаться», - насмешливо фыркнул внутренний голос. Перед мысленным взором встало ураганное мелькание катаны.

«Могла и раньше», - возразила я голосу, вспомнив первое впечатление о Ли Сен Тане. Воин и телом и духом, рукояти катан за спиной и исчерченные символами руки. Живая иллюстрация к книге «Тайная Сила Сигианы». Власть Храма в этой стране выше власти светской, даже правителя всего острова выбирает верховный жрец. Право служить в Храме заработать сложно, и это величайшая честь. Те, кто удостоился, становятся жрецами, послушниками или воинами. Многие жрецы расписывают руки для того, чтобы упростить общение с Небесными Духами Фэй Дэ. Из послушников себя разрисовывают только самые рьяные. Воинам же символы рисуются в обязательном порядке, ибо, по легенде, защищают и умножают силы. На жреца Ли был совсем не похож. Я невольно снова пригляделась к веду. Чтобы стать воином Храма, нужно пройти ряд довольно жестоких испытаний, поэтому воинами Фэй Дэ всегда становились только самые лучшие. Именно из-за них Сигиана за пять тысячелетий своего существования ни разу не была завоёвана. А уж когда два столетия назад она обрела своего покровителя, её перестал беспокоить даже Миртер, веками мечтающий присоединить остров к своим границам.

– В Хотэ мы будем завтра вечером, - заговорил Ли, когда все сели за стол, а мальчишка, принёсший завтрак, исчез за дверью.
– У нас всего четыре дня останется, поэтому начинать думать нужно сейчас. Лиа, в этом замке совсем нет ни окон, ни тайных ходов?

– Окон точно нет, только бойницы. Тара бы пролезла, если бы не вмурованные в стену решётки. Насчёт тайных ходов - не знаю. Но, учитывая, когда он был построен, где-то должны быть.

– А коменданта ты не знаешь?

– Нет. У стражей Архареса своё командование… Впрочем, у всей стражи, у городской тоже. У военных - своё. И не могу сказать, что между нами и ними большая дружба. Коменданта я видела только тогда, когда меня в замок привели и когда уводили.

– Жаль. Придётся, вероятно, знакомиться на месте…

К вечеру мы были уже далеко от «Перекрёстка». Северный тракт чуть изгибался под густыми зелёными сводами, обходя тенистые лощины. Насколько я помнила, впереди нас ждал вполне приличный трактир. Я бывала в нём не раз, и всё бы ничего, но место это было излюблено местной стражей. Да и военные невысокого ранга любили в нём задерживаться. Я очень хотела спросить Ли, знает ли он об этом и, если знает, рискнёт ли соваться в осиное гнездо, но он словно мысли мои прочитал.

– Ночевать будем у Туманного Волка, - обратился он к нам, и лица моих спутников выразили живейшую радость.

Я же стала усиленно вспоминать, где слышала это имя. И вспомнила вдруг рассказ одного военного моряка, с которым мы как-то коротали время за кружкой пива в приморской таверне. «Туманным волком» звался корабль. Капитан его был одним из тех мечтателей, что презирают все запреты, если видят за горизонтом отблеск своей идеи. Далеко на севере, в водах Седого Океана лежит остров Дарвит, окружённый скалами, словно старинный баронский замок - шипами. Что представляет собой этот клочок суши, никому не известно до сих пор. Паре особенно удачливых капитанов удавалось разглядеть в подзорную трубу высокие зелёные горы и остаться при этом в живых. Но и только. Стоило какому-нибудь судну приблизиться к этому острову, с ним неизбежно приключалось какое-нибудь несчастье. Либо подворачивался риф, либо налетал особенно жестокий шторм, либо опускался невероятно густой туман. Кончалось всегда одним: если кораблю удавалось уцелеть, то команда его уже не могла найти острова или хоть как-то определить хотя бы стороны света. Лишь после долгих скитаний в открытом море эти суда иногда случайно приходили к знакомым берегам. Со временем остров стали считать проклятым, а на материке появился общий для всех трёх стран закон, запрещающий приближаться к Дарвиту. Время от времени появлялись моряки, желавшие бросить вызов тайне и нарушавшие запрет. Как правило, кораблей их после этого никто не видел. «Туманный волк» был последним кораблём, отплывшим от материка на север. Он сгинул без следа лет двадцать назад.

– Так назывался корабль, или я ошибаюсь?
– спросила я вслух.

– Назывался, верно, - подтвердил Джамит.
– Наш Туманный Волк был его капитаном.

– Так он всё-таки вернулся?
– удивилась я.
– А говорили, сгинул…

– Корабль сгинул, - подтвердил Ли, - а капитан вернулся. На шлюпке и совершенно один.

– Он никому не рассказывает, что случилось с его кораблём, - подхватил Илис.
– Если спросить - молчит. Его много допрашивали, когда он вернулся, но признали сумасшедшим и оставили в покое. Он теперь живёт в уединённом домике не так далеко от северного тракта. Замечательный старик, весёлый и гостеприимный. Только два года из жизни как потерял где. Толи не помнит, толи говорить не желает.

– Давно он вернулся? Корабль, говорили, лет двадцать назад сгинул… - я поняла, что очень хочу познакомиться с «гостеприимным стариком».

– Двадцать восемь, - поправил меня Ли, - а двадцать шесть лет назад шлюпка с борта «Туманного волка» была прибита штормом к берегам Миртера.

– Он знает массу интересных историй. Прекрасный собеседник. А какой игрок!
– с восхищением проговорил Джамит и с улыбкой добавил: - Даже мне его порой тяжело обыграть.

– Только играть с ним не вздумай, - сурово пригрозил Ли.
– Я собираюсь в его доме ночь провести, а не полгода. А ты, Лиа, не спрашивай его о Дарвите. О чём угодно, но не об этом.

– Как скажешь, - я развела руками.
– Я вообще редко к людям с расспросами пристаю.

– Это я заметил. Тара вот, когда только появилась у нас, рот вообще не закрывала, - усмехнулся веду и получил обжигающе гневный взгляд голубых глаз.

– Зато сейчас, - продолжил Ли, проигнорировав вспышку эмоций, - слова не допросишься.

– Когда это ты просил?
– огрызнулась сарсетинка и отвернулась.

– Она нередко обещает мне во сне горло перегрызть, - улыбнулся сигианец, - но на самом деле, надёжней товарища не найдёшь. Кстати, вот и наш поворот, - веду направил своего горячего гнедого жеребца к едва приметной тропе.

Последний закатный свет ещё не успел покинуть небосвода, а мы уже добрались до большой поляны, окаймлённой кряжистыми дубами. В середине её в окружении каких-то хозяйственных построек и ухоженных грядок стоял добротный деревянный дом. Как только мы подъехали ближе, на пороге появился крепко сбитый старик с аккуратно подстриженной белой бородой.

– Малыш Ли! Кого я вижу!
– радостно воскликнул он и поспешил к нам навстречу.

Ли соскользнул с коня и обнялся со стариком. Я следом за остальными тоже спешилась и украдкой разглядывала капитана, пока он меня не заметил. Похоже, он был миртерских корней. Об этом говорили темные глаза и хищный нос как у Илиса. Невысокого роста, крепкий, жилистый, он, казалось, начал сухопутную жизнь только сейчас.