– Потому что только останавливаясь, вы даете себе почувствовать, что происходит и чего вы хотите, – улыбнулся Бенедикт, – и можете сделать то, что принесет вам настоящее наслаждение и чего вы совсем не ожидаете. Но такие вещи лучше узнавать на практике. До встречи, мисс Нокс. – Бенедикт размашистым шагом направился к двери и распахнул ее. – Приятных выходных.

***

Как и на собеседование, Айра пришла точно в назначенное время, минута в минуту. Войдя на этот раз без стука, она закрыла за собой дверь и, обернувшись к Бенедикту, застыла от изумления.

Бенедикт стоял, опершись обеими ладонями о подоконник, спиной к окну. Абсолютно обнаженный.

Айра замерла на пороге, не решаясь двигаться дальше, явно раздираемая между удивлением и смущением.

– Проходи, располагайся, – Бенедикт сделал приглашающий жест рукой.

Айра сделала несколько шагов и остановилась посреди комнаты. Постояв пару секунд, она медленно опустилась на край кровати, бросила еще один короткий взгляд на Бенедикта и сглотнула.

– Что, так сразу?

Бенедикт небрежно пожал плечами.

– Ну, ты же пришла к хастлеру.

Айра смутилась.

– Да, но я рассчитывала на что-то более… занимательное, – неуверенно сказала она и снова невольно скользнула по нему взглядом.

– По поводу «занимательного» можешь не беспокоиться, – хмыкнул Бенедикт, – я тебе его обеспечу. А сейчас… – он легко поднялся и, невесомо проведя кончиками пальцев по подоконнику, направился к ней.

Айра невольно сжалась, готовясь отпрянуть. Не обращая внимания на ее реакцию, Бенедикт опустился на пол рядом с ней, прислонившись спиной к кровати. Некоторое время он просто расслабленно сидел, согнув одну ногу в колене, другую вытянув вперед и прикрыв глаза. В комнате было тихо – слышалось только глубокое дыхание Айры, которая, кажется, пыталась взять себя в руки.

Безуспешно.

Бенедикт поднял голову и посмотрел на нее снизу вверх – из такого положения ее лицо казалось тонким, нежным и беззащитным. Она сидела, опершись подбородком на сцепленные ладони, и ее ресницы вздрагивали то ли от страха, то ли от возбуждения.

– Сними, пожалуйста, колготки, – попросил Бенедикт.

Айра слегка дернулась, услышав его голос, но, поколебавшись секунду, сбросила простые изящные туфли без каблука и, скользнув руками под юбку, одним плавным движением стянула с себя требуемый предмет туалета и аккуратно положила рядом с обувью.

Некоторое время Бенедикт рассматривал ее тонкие длинные ноги, неловко касающиеся ковра, словно не решаясь зарыться в теплый ворс, двигаясь вверх от худощавых лодыжек к точеным голеням и коленкам, почти сразу же за которыми начиналась черная классическая юбка.

– А теперь – трусики, – его голос был негромким, но в абсолютной тишине комнаты он казался оглушающим.

Айра медленно, не оборачиваясь к нему, привстала и, не торопясь, освободилась также от белья.

Усевшись обратно, она прикрыла и вновь открыла глаза. Ее грудь тяжело вздымалась.

Бенедикт с улыбкой наблюдал за ней, не спеша привлечь ее внимание.

Текли минуты. Айра сидела неподвижно. Бенедикт откинул голову на кровать за собой, закрыв глаза, и, казалось, забыл о ее существовании.

– Поласкай себя, – внезапно сказал он.

– Что? – голос Айры был низким и хриплым.

– Поласкай себя, – повторил Бенедикт. – Ты ведь это делаешь? – с интересом спросил он, подняв голову и взглянув на нее.

– Разумеется… – ее голос сорвался. – Не думаю, что тебя это касается, – с трудом вернув себе самообладание, сказала она.

– Я не просил, чтобы ты делала это для меня, – улыбнулся Бенедикт. – Просто дотронься до себя и сделай все так, как тебе нужно.

– Зачем?

– Тебе хочется.

Айра помолчала.

– Если ты думаешь, что твое присутствие… – раздраженно начала она…

– Айра, разве я попросил тебя сделать что-то сложное? – удивился Бенедикт. – Если хочешь, я не буду смотреть.

Айра вспыхнула.

– Можешь смотреть сколько угодно, – процедила она.

Бенедикт снова откинулся на кровать.

– Мне будет достаточно того, что я услышу, – с улыбкой сказал он.

Айра рассерженно фыркнула, затем выпрямилась и некоторое время сидела, не двигаясь. Словно приняв какое-то решение, она мягко опустилась спиной на кровать, вздохнула и прикрыла глаза.

Бенедикт не видел ее, но едва слышный шорох медленно поднимающейся юбки и прозвучавший вслед за этим тихий стон подсказали ему, что она все-таки коснулась себя. Он полностью расслабился, чувствуя, как комната наполняется желанием и возбуждением, как по мере того, как все быстрее движутся пальцы Айры на ее клиторе, соскальзывая к влажным складочкам, оглаживая их и совсем чуть-чуть погружаясь внутрь, нарастает ярость и сила ее наслаждения.