Когда она кончила с протяжным стоном, он обернулся и увидел, что она смотрит прямо перед собой, дрожащая, изумленная, все еще касаясь себя и вздрагивая от мерцающего в ней удовольствия.

Бенедикт, не торопясь, поднялся и, опершись одной рукой на кровать, склонился над ней. Она все еще была полностью одета, если не считать колготок и белья и находившейся в беспорядке юбки. Легкая шелковая блузка теплого белого цвета была застегнута до самого верха.

Айра смотрела прямо на него. Ее губы были влажными, а в глазах стояли слезы.

– Это было прекрасно, – искренне сказал Бенедикт. – А теперь позволь мне…

Он протянул руку и медленно расстегнул одну пуговицу на ее блузке.

Айра застонала.

– Должен признаться, что без моего наслаждения все-таки не обойдется, – прошептал он, – но ничего из того, что я хочу с тобой сделать, не имеет отношения к использованию, я обещаю.

Айра всхлипнула и повела плечами.

– И я не стану скрывать, насколько сильно хочу дотронуться до тебя, – продолжал Бенедикт, расстегивая остальные пуговицы.

На ней не было лифчика. Отбросив в стороны полы блузки, он легким движением пальцев провел по ее влажной коже и, наклонившись, нежно коснулся языком соска. Айра задрожала, и на мгновение ему показалось, что она хочет вырваться, но следующее прикосновение его губ заставило ее выгнуться и тут же обессиленно упасть обратно на кровать.

Бенедикт неторопливо ласкал ее маленькую полную грудь, обводя руками нежные окружности и слегка сжимая пальцами соски. Он осторожно потянул за один из них и, услышав сдавленный стон, улыбнулся, вновь склоняясь и касаясь губами ее шеи.

– Бенедикт…

В ее голосе звенело наслаждение, смешанное с отчаянием.

Он отстранился от нее и, мягко проведя рукой по ее вздрагивающим ключицам, спросил:

– Я сделал что-то не так?

Айра, закрыв глаза, помотала головой, позволяя ему переместиться чуть ниже и слегка замерев, когда его руки коснулись застежки юбки.

– Мне кажется, от этого давно пора избавиться, – беззаботно сказал Бенедикт и, обхватив ее за талию одной рукой, другой ловко снял с нее элегантную и совершенно измятую вещь, оставив Айру в одной блузке, которая едва держалась на ее плечах.

Ее тело было худощавым и тонким, светлым, без загара; узкие бедра, нервно сжатые и не оставляющие сомнений в том, что гостям здесь не рады, походили на мгновенный набросок с эскиза художника-импрессиониста.

Бенедикт медленно прошелся пальцами по ее коже, прочертив линии от выступающих тазовых косточек до колен, и, подхватив под коленные впадинки, осторожно разомкнул ее ноги.

Она, без сомнения, была влажной, но Бенедикт медлил, не прикасаясь к ней. Он просто сидел и смотрел, как делается тяжелым и рваным ее дыхание, как дрожь проходит по телу, а возбуждение вновь становится осязаемым.

Когда его палец легко погладил ее клитор, она застонала так жалобно, что у него возникло желание позволить ей кончить прямо сейчас, но он прервал контакт и направился выше, оставляя за собой пульсирующее нетерпение.

Вернувшись к ее потяжелевшей груди и поиграв с напряженными сосками, Бенедикт почувствовал, что дольше ждать было бы безумием. Резко оторвавшись от ее тела, он склонился между ее ног и ласково толкнулся языком в изнывающий от желания орган.

Ее крик испуганной птицей вырвался под потолок, отпуская наружу изумление, блаженство и удовлетворение.

Спустя некоторое время, во вновь образовавшейся тишине Бенедикт, пружинисто приподнявшись на руках, переместился выше и навис над ней, разглядывая ее лицо, зардевшееся и смущенное. Айра открыла глаза и посмотрела на него так, словно впервые увидела.

– Ты в порядке?

Она кивнула и, кажется, неожиданно даже для самой себя улыбнулась.

– В полном. Это не то, что ты планировал?

Бенедикт ухмыльнулся.

– Разумеется, нет. Но я рад, что ты справилась.

Айра чуть слышно фыркнула и смерила его насмешливым взглядом с головы до ног.

– Вот оно, мужское превосходство. Проявляется во всем.

– Вы раскусили меня, леди, – покаянно покачал головой Бенедикт. – И теперь мне остается только… Айра?

Ее лицо, только что веселое и удовлетворенное, внезапно побледнело, и выглядело так, словно она вот-вот расплачется или примется звать на помощь.

– Айра, что произошло? – Бенедикт отстранился от нее и обвел глазами ее тело с головы до ног. Все было так же, как и секунду назад, если не считать того, что… Перехватив испуганный и усталый взгляд ее глаз, он вдруг понял, куда она смотрела.