– Я бы так не сказал.
– Са Прае замер рядом со мной.
– Этот день будет полон сюрпризов, Плат. Не спеши. Вот увидишь, тебе будет что рассказать!

Зная, что наш "восьмилап" зря воздух не переводит, развернулся обратно к экрану и принялся ждать развития событий.

Президент Союза и Император Кольвегов обменялись высокопарными словами и сделали шаг, каждый в свою сторону, освобождая проход для "более мелких представителей".

И самым первым оказался... Ходун!

– Император Мил Первый!
– Мой знакомец Шасх Аро замер, вытянувшись, а затем, грянул на одно колено!
– Народ Венесса просит Вас, принять его под свою руку. Мы провели 25 лет в войне, рядом, плечом к плечу, деля горе и радости, без остатка хлебая из одного котелка и делясь победами и поражениями. Мы были Вашими союзниками в войне. А теперь хотим стать единым народом в мире!

– Судя по бледности имперцев...
– Мишт коротко хохотнул и заткнулся, схлопотав локтем в ребра от невесты.

Пока мы с ним обменивались многозначительными взглядами, "проситься под руку" пришли еще штук пять систем и на Мила стало жалко смотреть: Императором он еще не успел себя почувствовать, а имперские заморочки уже так и лезут, во все стороны!

– И проблемы у нас, теперь, тоже... Имперского масштаба, будут...
– Юрьев покачал головой, пряча кривую улыбку.

– Зато на Земле - тишина и благодать!
– Капитан "Арии", постоянно изучающий сводки с поверхности планеты, блаженно улыбнулся.
– Неужто, заткнутся?

– Не-е-е.
– Покачал головой я, совершенно не пряча улыбку.
– Это они силы копят, чтобы пукнуть громче! Им же надо, что бы их "фе", до орбиты долетело!

Мой комментарий словно и Мил услышал.

Улыбнулся.

Повернулся к Императору Кольвегов и громко произнес:

– Мой августейший Собрат! Нам прекрасно известно о проявленном Вами интересе, к нашей бывшей, родной планете. Я искренне уверяю Вас в том, что единственным Нашим интересом в жизни и делах планеты Земля, будет... Туризм! Надеюсь, этим вопросом мы сможем заняться на досуге, без привлечения множества дипломатических работников и без того слишком сильно занятых своим непростыми делами?

Арчи широко улыбнулся и кивнул в ответ, соглашаясь с предложением Мила.

– Вот чертяка, как по писаному чешет!
– Восхитился Юрьев.

– Всё. Теперь пукать поздно.
– Подвел черту, Мишт.
– Империя очень не любит засранцев...

Многообещающий взгляд представителя Службы колонизации, в ответ на подмигивание сурового офицера Карантинной Службы, не оставил равнодушных. Лейтенант расплылся в улыбке, капитан "Арии" поежился, а Мостовой о чем-то задумался.

О чем-то таком, что если я его сейчас не остановлю - будет глупость!

Привычно натравил рабыню - пусть поджарит "старому коммуняке" пятки, а то, не ровен час, кинется ведь, наш "с горячими ушами", спасать всех подряд.

В отличии от нас, Ромм еще остался чист душой и верен заветам Эдмундыча, а значит, способен на все чудеса мира, ради спасения униженных, обездоленных и оскорбленных.

Фейерверк, устроенный Йари, отвлек не только Мостового, но и вновь перепугал окружающих: не скоро еще привыкнут наши, что некоторые искры не смогут опалить даже нити паутины, а взвивающиеся языки пламени не причинят вреда магу огня.

Если только этот идиот не уйдет в раздумья так глубоко, что шарахнет в ответ вполне реальным фаерболом!

Капитан "Арии", любуясь полуметрового диаметра дырой, слава Звездам, что в межкорабельной, а не во внешней обшивке, переводил взгляд с мага на меня и обратно, решая для себя страшную дилемму - с кого начать смертоубийство?

Вроде и надо с того, кто кинул огненный шар, но... И тот, кто его отклонил, и тот кто его бросил, выглядели так странно, что под форменной рубашкой вовсю гуляли сквозняки, а Его Высочество, сделал отчетливый знак, запрещая вмешиваться. Знак подтвердила и Жанна, и даже "Восьмилап" качал головогрудью, укоризненно посматривая на нас с Роммом.

"Я починю!" - Поспешила нас заверить Сти и на "Арии" зазвучала переливистая трель абордажной тревоги - с борта "Мышки" выскочило с десяток ремонтников и ринулось в сторону обзорной палубы, рассыпавшись по техническим тоннелям, повторяя маршрут, пройденный нами с лейтенантом.

На востоке, откуда я родом, есть пословица: "услуга дурака, страшнее ненависти врага".

Это я о Сти, если кто не понял.

Устроенный переполох, поднятые по тревоге и отправленные переодеваться в боевые костюмы десантники, шум и гвалт - вот чего добилась красавица, вместо реальной помощи.

Хорошо что никто не успел устроить "тарарам и блины", как говаривал незабвенный мальчик, который жил на крыше и летал на собственных штанах с мотором.

Плохо было другое...

Оливия.

Девушка выплакала все слезы и едва умывшись, оказалась на празднике жизни, под названием "коронация непонятного мужика".

Добрая Сти, вместо того, чтобы закачать в каюту синильной кислоты, цианида, снотворного, в конце-концов, дружелюбно и красочно посветила девушку во всё, что знала сама, не поскупившись на комментарии от Юры, да и наши, с Мостовым, не забыла...