– В этой стороне нет других городов, - сказала вслух Элспет, словно читая мои мысли.

Пыль перед нами внезапно взвилась вверх, и я увидел, что от реактивных саней, следовавших справа по курсу, в нашу сторону полетели яркие искры трассирующих очередей. Элспет резко вывернула руот влево. Я велел ей немедленно опустить забрало шлема, и видел, как она подбородком нажала на кнопку, приводившую в действие процесс герметезации скафандра. Я сделал то же самое, и затем включил радиосвязь.

Из наушников раздавался чей-то голос:

– Вызываю Петерсена и Фергюс. Вызываю Петерсена и Фергюс. Немедленно остановитесь.

Наши сани описали длинную дугу, а затем Элспет снова выровняла курс, следуя которым мы должны были разминуться с атаковавшими нас реактивными санями, проскочив у них за кормой. Сани, приближавшиеся к нам слева, тоже было открыли огонь, но почти тут же стрельба прекратилась; трассирующие пули взрывали пыль слишком близко от судна их коллег. Те же, что, нагоняли нас сзади, теперь немного изменили курс и быстро надвигались к нам с правого борта.

У меня в голове промелькнула спасительная мысль, что если воспользоваться радиопередатчиком, то можно было бы позвать на помощь. Будучи по натуре человеком совсем не гордым, а также принимая во внимание тот факт, что почтовики пустились за нами в погоню на реактивных санях, оснащенных, по всей видимости, пулеметами, я решил, что самое время вызвать полицию. Открыв шлем, я схватил микрофон радиопередатчика и щелкнул выключателем.

– Вызываю полицию Порта Плзень, - закричал я.
– Вызываю полицию Порта Плзень.
– В ответ из динамика раздавался лишь пронзительный, непрерывный писк. Очевидно, что наши враги предусмотрительно позаботились обо всем и теперь глушили наши радиосигналы.

Я снова закрыл шлем. Было видно, как раскаленная реактивная струя, вырывающаяся из двигателя саней, в хвост к которым мы зашли, на какое-то мгновение коснулась прозрачного корпуса нашей кабины. Не слишком приятное ощущение.

– Немедленно остановитесь. Немедленно остановитесь, - снова раздался у меня в наушниках странный голос.

В следующий момент вокруг нас снова взвились яркие искры трассирующих пулеметных очередей, и затем даже сквозь герметично закрытый шлем я услышал тонкий, пронзительный свист стремительно улетучивающегося воздуха.

Последующие события носили довольно скомканный характер, и даже сейчас я затрудняюсь внятно объяснить, как это было на самом деле. Почтовые сани обладали гораздо большей быстроходностью, не говоря о том, что на них, в отличие от наших, были установлены боевые орудия. При таком раскладе единственным нашим преимуществом была лишь способность маневрировать. Намерения почтовиков были вполне очевидны: окружить нас и пулеметными очередями вывести из строя двигатель наших саней. Не думаю, что они собирались нас убивать - по крайней мере, Элспет им точно нужно было взять живой - в связи с чем, видимо, их задача многократно усложнялась.

Но еще большей помехой на их пути оказалась та просто-таки сверхъестественная манера вождения, которой с легкостью владела Элспет. Раз за разом она лишь чудом избегала столкновения, упрямо направляя свою машину на таран, вынуждая то одни, то другие красные сани раз за разом сворачивать с дороги. И все это время я тщетно пытался открыть окна нашей кабины. Они не поддавались, оплавившись от пламени реактивного двигателя одних из саней, мимо кормы которых мы проехали на слишком малом расстоянии.

В конце концов, до меня дошло, что если уж пули могут пробивать обшивку и залетать в кабину, то ничто не мешает им и вылетать из нее сквозь все то же стекло. И тогда я тоже открыл огонь из пистолета, пытаясь применить на практике знания, полученные в ходе учений Резерва, и памятуя о том, что прицеливаться нужно тщательно и не спеша. Но вскоре у меня сдали нервы, нетерпение и отчаяние взяло верх над разумом, и я выпустил целый магазин патронов в сторону двух фигур в скафандрах, находившихся в кабине ближайших саней, одна из которых склонилась над пультом управления, а вторая как раз была занята тем, что разворачивала в нашу сторону ствол пулемета.

Как и следовало ожидать, ни в одного, ни в другого я не попал - как раз в тот самый момент Элспет сделала очередной крутой вираж. Так что ни в одного из седоков я не попал, но зато, по-видимому, одна из пуль угодила в топливный бак. Последовала внезапная вспышка голубоватого пламени - это был крохотный вулкан, в который на всем ходу влетели еще одни красные сани. Я видел, как из-под груды обломков появилась и свалилась в пыль охваченная пламенем, шатающаяся фигура - в пыль, поверхность которой несмотря на все наши маневры по-прежнему оставалась практически идеально ровной и лишь подернувшейся кое-где небольшими барханами. Я видел, как горящий человек увязает в пыли по колено, потом проваливается по пояс и наконец исчезает совсем. Вслед за ним в пучине пыли исчезли и обломки двух саней. Третьи сани остановились, и из открытых окон кабины были выброшены утяжеленные тросы. Магнитные забросные якоря? Спрашивать мы не стали. Не дожидаясь, чем кончится дело, Элспет вырулила на прежний курс, и мы продолжили путешествие.