Может быть я стал лунатиком и начал делать что-то, о чем не могу вспомнить?

Я повернулся к советнику Майлзу и делая акцент на каждом слове произнес:

— Что происходит?

Майлз переглянулся с остальными членами Совета:

— Это ты напал на троих дроман?

На самом деле я напал на пятерых дроман в тот день. И еще на двоих несколько раньше, но видимо по каким-то причинам им это пока не было известно. Или их интересовала только та тройка?

Я кивнул.

— Двоих убил, а третьего похитил.

«Похитил»? — ок, назовем это так.

Я снова кивнул.

— Похищенный — это один трех великих Ун-Ул, Астуаг.

Вот это да. Я нервно сглотнул, чувствуя как горячая волна прокатывается по крови. Правители дроман вот просто так разгуливают по острову?!

Хотя почему бы и нет.

В сопровождении охраны кто для него мог представлять опасность? Адзири? Скорее всего нет, в тех местах кошки не водятся, они редко выходят на равнину, предпочитая охотиться на горных плато. Да и два тренированных охранника, наверняка одни из лучших, вполне могли гарантированно защитить Ун-Ул даже против пары адзири.

Такая себе безопасная прогулка по собственным владениям.

Если бы им не встретился измученный предыдущими неудачами и потому бешеный — я.

Сюрприз.

Кажется, я ухмыльнулся. Видя мою ухмылку дроман опять дернулись. К тому же и я, и Майлз говорили на их языке и они понимали о чем речь.

Всё сразу прояснилось. Обычно такие сложные ситуации мне требуется не спеша обдумать в спокойной обстановке. Не обдумав я мог совершить какую-нибудь глупость о которой потом бы жалел. Хотелось бы этого избежать. Я повернулся к дроман.

— Убирайтесь.

Они не сводили с меня своих тёмных пустых глаз — видимо решали как поступить.

— Вам тоже нужно покинуть это место, советник, хозяин этого дома никого из вас не приглашал, — мои слова предназначались Майлзу и всем, кто с ним был.

В проеме появился Отоа. Вовремя и красиво — как в хорошей театральной постановке. Он тоже держал винтовку в руках и выглядел негостеприимно.

— Отоа! — судя по интонации офицер дроман знал шамана.

— Да, Ме-есс, ты удивлен что я еще жив? А вот я больше удивлен что жив ты. Ты же видел там черепа на входе. Я втайне лелеял надежду что один из них твой.

Старик сделал несколько шагов и стал передо мной, частично перекрыв мне зону обзора. Мне не нравилось что он вылез вперед — между ним и этим тварями оставалось расстоянии которое они преодолели бы за секунду. Я сделал шаг в сторону — теперь ничто не закрывало незваных гостей.

— Но ведь это никогда не поздно — у меня есть отличный столб, как раз для тебя. Я выберу для него лучшее место, — Отоа ходил по лезвию. По большому такому и смертельному лезвию. Или он был уверен во мне? Я бы предпочел получить свой первый опыт на волках.

— Ты никогда не был трусом Отоа, но и глупым ты никогда не был, — Ме-есс легко спрыгнул с коптера.

— Убирайтесь, — повторил я.

Тень усмешки появилась на лице офицера и я вскинул винтовку к лицу.

Отоа был прав — это как играть в пин-понг с заведомо намного более слабым противником.

Два выстрела. Два выстрела и каждый из нихв головы охранников Ме-есса. Я не прикладывал никаких усилий — я просто стрелял. А они ничего не успели сделать.

Ме-есс повернул голову назад, туда где на коптере, заливая его пол черной кровью лежали тела дроман. На его лице было недоумение.

— Убирайтесь и передайте Ун-Ул, что я не похищал Астуаг, — я старался говорить спокойно, но удавалось это с трудом, — Зачем мне его похищать? Я убил его. И я даже не знал кто-это. Если бы знал — возможно поступил бы по другому. В его смерти виноваты вы, а не я. Вы ходите по этой земле так, будто она только ваша. Но она и наша тоже. И я попробую вас убедить в этом. Убирайтесь!

Было заметно что Ме-есс оценивает ситуацию. Произошедшее не укладывалось в его мозгу. И вдруг он всё понял — я прочитал это в его глазах. Он сделал шаг назад:

— Ты попробовал нашей крови Равен…

Он замолчал. Наступила короткая тишина разрываемая только криками чаек.

Ме-есс сделал еще один шаг назад:

— Запомни что именно ты начал эту войну и каждая жертва в ней будет на твоей совести.

Войну?!

— Да ладно — не нужно пафоса. Вы убиваете нас и без войны. И вас не беспокоит что эти жертвы на вашей совести. Возможно виновата ваша кровь, но меня тоже это уже не беспокоит так сильно как раньше. Проваливайте, здесь вам не рады.