— Не сердись, — попросил, снова притягивая меня к себе, когда мир скрыла атласная повязка. — Так надо.

Потеря зрения странным образом обострила все чувства.

Его ладони прохладные. Поглаживают меня сквозь тонкую ткань сорочки. Ощущаю каждое прикосновение. Бережное. Ласковое. Игривое. И сердиться на мужа не получается.

Хотя следовало бы. Обида за то, что бросил у таверны, по-прежнему кипела внутри.

— Я просил покинуть форпост, — с ноткой упрёка произнёс Рейден, укладывая мою голову себе на плечо. — Атаку предприняли для отвода глаз. Целью были ты и Адель.

Вздохнула.

Необычно чувствовать присутствие мужа, обнимать, скользить пальцами по гладким предплечьям, прощупывая каждую впадинку и ложбинку. Слышать прерывистое дыханье, вжиматься щекой в литые мускулы, и не иметь возможности посмотреть любимому в глаза.

— Говорила уже — не брошу тебя, — с запозданием объяснила свой поступок.

— Знаю, — грустно усмехнулся, целуя меня в висок. — И тревожусь вдвойне.

Темные эмоции дракона передались мне. Интуитивно знала, о чем он думает, хоть обмениваться мыслями мы не могли.

— Зачем я и Ади Аднэтту?

— Готовится к войне.

— Мы нужны в качестве заложниц?

Рейден долго молчал, стискивая мои плечи одной рукой, а второй перебирая растрёпанные волосы. Эти движения вызывали легкое дуновение и отзывались под кожей горячей пульсацией.

Забыв обо всём, я потёрлась щекой о жесткий ворот его расстёгнутой рубахи, втянула морозный аромат, задохнулась от нечаянного счастья.

— Родной, не молчи.

Дракон издал глухой рык и очертил пальцами мои горящие после поцелуя губы.

— Князь коварен и очень жесток, Ева. Не зли его. Не спорь. Когда предложит сделку: соглашайся. Это спасет тебе жизнь. Запомнила?

Треклятая повязка. Как же безумно хочется видеть его лицо.

— Д-да, — озадаченно шепнула. Протянула руку и огладила подушечками мужу лоб. Детально изучила глаза, обрамленные жесткими ресницами. Исследовала нос, скулы, спустилась к тонким губам и вздрогнула со смешком.

Он ласково прикусил мои пальцы клыками.

— Не хочу говорить о делах, — по перемене дыханья поняла, что Рей хмурится. — Эти часы принадлежат нам двоим.

— Докажи. — Выпалила я, теребя атласную повязку.

Мир таился во мраке, зато прочие чувства накалились до предела. Нервные окончания взрывались от незначительных прикосновений. Я горела в огне.

— Докажи, — настаивала, плохо осознавая к чему его подталкиваю, — убеди, как сильно любишь.

Дракон куснул мою шею, приподнялся и опрокинул меня на спину. Я вновь оказалась в положении лёжа. Была придавлена к дивану сильным мужским телом, источающим гремучую смесь властности, решимости и темной магии.

— Все, что захочешь, — хрипло шепнули мне в ухо.

Сладостный озноб пробежался от горла к груди и связался ноющим узлом внизу живота. Я выгнулась. Не задумываясь, развела ноги и обхватила мужа за поясницу. Ночная сорочка давно задралась до талии, и вскоре расползлась под натиском крепких ладоней саэллана.

Услышав треск шелковой ткани, соскальзывающей с меня обрывками, вздрогнула. В следующую секунду по обнаженной коже уже скользили твердые мужские пальцы.

Дыханье стало тяжелым, отрывистым.

Сумасшедшая нежность, с которой муж ласкал, сдерживая напор и бешеную страсть, опьяняла до дрожи. Его острое желание плавило моё тело, лишало воли и подчиняло древнему как мир инстинкту: принять его в себя.

— Моё сокровище, — прошептали мне в губы. Неторопливо покрыли поцелуями лицо, шею, ключицы. А после, обхватив губами затвердевшее навершие, накрыли вторую грудь шершавой ладонью.

Я застонала, выгибаясь и стискивая коленями обнажённые мужские бедра.

Остроты ощущениям придавала повязка.

Я откликалась на требовательные ласки дракона наощупь. Гладила ему грудь и твердый живот. Стянула с мужчины рубаху. Царапала предплечья, слыша, как Рей глухо рычит от удовольствия.

Он припал к моим губам, целуя и нежно покусывая.

Немного изменил положение тела, окутал магией и ворвался в меня одним мощным движением.

Я сипло выдохнула. Откинула голову и подставила ему уязвимое горло. Прижала к себе, лаская гладкую мускулистую спину. Голова кружилась, сердце колотилось, а он продолжал движения, пока я покорно ему отдавалась.