Агентство Отта размещалось на четвертом этаже довольно невзрачного здания между Парк-авеню и Лексингтон-авеню, первый этаж которого занимал венгерский ресторанчик. Покинув кабину лифта, почти столь же громоздкого, как лифт Вулфа, и такого же шумного, я сразу увидел перед собой застекленную дверь с черной надписью "ЛИТЕРАТУРНОЕ АГЕНТСТВО ОТТА".

Войдя, я очутился в небольшой приемной с тремя креслами и столиком, заваленным жерналами.

– Здравствуйте, могу я вам помочь?
– послышался приятный голос. Принадлежал он вполне миловидной и круглолицей особе, этакой заботливой тетушке, с любопытством таращившейся на меня из-за раздвижной панели.

– Скажите, мистер Отт у себя?

– Он разговаривает по телефону, сэр, - прощебетала особа.
– Как вас представить?

– Меня зовут Арчи Гудвин. Я служу у Ниро Вулфа.

– Ах да - знаменитый сыщик.
– Меня удостоили доброжелательной улыбкой.
– Мистер Отт знает, почему вы здесь?

– Передайте ему, что дело касается Чарльза Чайлдресса.

Улыбка стерлась с её лица, уступив место искреннему беспокойству. Да. Я понимаю. Одну минутку, мистер Гудвин. Присаживайтесь, пожалуйста.

Оставшись один и ещё памятуя о кресле для пыток, в которое меня усадила Патрисия Ройс, я предпочел сохранить вертикальное положение. Просмотрев несколько выпусков "Нью-Йоркера" и номер "Спортс Иллюстрейтед" с фотографией светловолосой гольфистки из Австралии на обложке, я уже совсем было заскучал, когда тетушка распахнула дверь и пригласила меня в святая святых.

– Мистер Отт ждет вас, мистер Гудвин. Сюда, пожалуйста, - с улыбкой прощебетала она.

Проследовав за ней по короткому коридорчику, я миновал открытую дверь, за которой успел разглядеть какого-то заморыша в черных подтяжках; бедняга с унылым видом разглядывал громоздившиеся на столе пачки бумаг. Следующая дверь вела в угловой кабинет, который, разумеется, занимал мистер Отт.

Выглядел кабинет небогато, хотя я и готов допустить, что слишком избаловался за годы, проведенные под крышей дома Вулфа. Если не считать пары окон с задернутыми шторами, стены были сплошь, до самого потолка заставлены стеллажами с книгами. Я, конечно, привык находиться в окружении книжных полок, но эти выглядели иначе, чем их собратья в кабинете Вулфа. Вместо привычных корешков книжных переплетов, здесь теснились бесчисленные папки, томики документов и пачки бумаги; все свободные щели были забиты бумагами. Не заметил я хоть мало-мальски свободного места и на столе.

– Гудвин, говорите? Что ж, я наслышан о вас. Присаживайтесь, пригласил Франклин Отт, небрежно махнув рукой в сторону трех расставленных перед столом стульев, а сам не отрываясь от какого-то документа в светло-коричневой папке. Был он весь тощенький и жиденький - от лица с туловищем до остатков соломенной шевелюры. Я уселся и стал наблюдать, как Отт заканчивает читать документ, постукивая по столу кончиком обгрызенного желтого карандаша. Наконец Отт покачал головой, закрыл папку и откинулся на спинку кресла, переплетя пальцы на затылке.

– Давайте проверим мои дедуктивные способности, - провозгласил он, криво ухмыляясь. Из-за выдающегося кадыка его галстук в горошек забавно дрыгался в такт каждому произнесенному слогу.
– Итак, некто - не знаю кто именно, но могу догадаться - нанял вашего босса, знаменитого Ниро Вулфа, расследовать смерть Чарльза Чайлдресса. Несомненно, этот некто подозревает, что Чайлдресс вовсе не покончил с собой, а пал жертвой преступного умысла. Безусловно, Ниро Вулф достаточно осведомлен и знает, что Чайлдресс был не на самой дружеской ноге с некоторыми людьми, среди которых - один известный литературный агент. Говоря словами нашего бывшего мэра, "Ну как"?

– Неплохо, - одобрительно кивнул я.
– Можете добавить ещё что-нибудь?

Отт засунул большие пальцы за ремень и пожал плечами.

– Нет, теперь ваш черед. Я прочитал уйму детективных романов, но впервые вижу перед собой живого сыщика.

Вы к каким относитесь - к сорвиголовам или интеллигентам?

– Понятия не имею, хотя и припомнить не могу, чтобы кто-то хоть раз обзывал меня интеллигентом. Давайте договоримся так: вы запишете нашу беседу, а по окончании сообщите свое мнение. Хорошо? Первый вопрос: сколько времени вы представляли интересы Чайлдресса?

Прежде чем ответить, Отт задумчиво осмотрел кипу рукописей на столе:

– Около четырех лет. До меня его агентом была одна дама - я её знаю, но он отказался от её услуг, посчитав, что в издательском деле она пользуется не слишком высоким авторитетом... Сущая правда, между прочим.

– Вы рады были заполучить такого клиента?

– Откровенно говоря - да, и это лишнее свидетельство тому, как слабо я разбираюсь в людях. Чарльз к тому времени опубликовал в одном мелком издательстве несколько довольно заурядных детективов, которые не принесли ему ни славы, ни денег. Потом его приметил Хорэс Винсон из "Монарха", который почему-то сразу поверил в его дар. Это случилось как раз после смерти Дариуса Сойера, а мистеру Винсону ужас как не терпелось снова стричь купоны на барнстейбловской серии.