Шрифт:
— Чем это у вас тут пахнет? — подозрительно поинтересовался шеф, остановившись на пороге и потянув носом.
— Мишка микстурками балуется, — моментально доложила Ксюша.
Верховский испытующе воззрился на Старова.
— В метро спускался?
— Ага.
— Тогда что ты здесь делаешь?
— С делами разбираюсь…
— Домой, спать, — приказал шеф. — Сам доедешь или такси вызвать?
— Сам, — поколебавшись, решил Мишка. На это действия тоника должно хватить. — Сейчас, закончу только…
— С чем?
Верховский пересёк кабинет и заглянул в Мишкины выкладки. Старов смахнул в сторону разложенный на столе хлам и продемонстрировал шефу Костины бумаги и соединённые линией точки на карте.
— Подозреваем, что напали на след паразита, — сообщил он. Изрядно изгрызенный кончик ручки прошёлся вдоль линии, тянувшейся из юго-восточных районов к Варшавскому шоссе. — Гастролирует, похоже. Шесть нападений, два с летальным исходом. Последнее — около недели назад.
— Давно, — Александр Михайлович задумчиво нахмурился. — Свежей информации нет или с нами не делятся?
— Я запрошу ещё раз, — поспешно подал голос Костик.
— Ещё что-то?
— Все жертвы — женщины, — вздохнул Мишка. — Ну, это как раз объяснимо: разница в физической силе и в мощности дара…
— Я бы на тебя посмотрела, если б ты среди ночи на паразита наткнулся, — тут же фыркнула Ксюша.
— Не обязательно ночью, вот, например, в час дня, — для порядка уточнил Мишка. — Ксюш, не заводись. Тут есть данные жертв: все — не очень сильные ведьмы, там против сытого паразита вообще без шансов…
— Вы не слишком увлеклись гипотезой? — поинтересовался шеф. — Это может быть что-нибудь другое.
— Симптомы очень характерные, — бросился на амбразуру Костя.
— И некоторые успели запомнить приметы. Всё, как Макс говорил, — подхватил Мишка. — Не, Александр Михайлович, слишком всё сходится.
— Проверь потом ещё раз на свежую голову, — велел шеф. — А сейчас — отсыпаться, живо! Мне нежить в отделе не нужна.
Макс довольно гоготнул. Ослушаться прямого указания — чревато, да и нет резона упрямиться. Пока Костя запросит у безопасников свежие данные, пока полиция ответит по отпечаткам пальцев… В конце концов, если вдруг шефу что-то срочно понадобится, в отделе ещё пять человек.
Не без облегчения попрощавшись с коллегами, Мишка с почти чистой совестью потрусил к выходу.
XIX. Доброе имя
— Не знаю я, что там не так! — горячо прошептала Анька, прижимая к груди холёную ладонь. — Я всё делала, как положено! Кольцо с пальца на палец перекинула, волосы порезала, всё как надо!
— Нет, не как надо! — сердито возразила Ира. — Волосы вообще-то жечь надо, а не резать!
— Резать тоже можно… наверное, — буркнула Сафонова и тут же неуместно хихикнула: — Ну, или бедный Славик всю жизнь тебя любил, а тут заклятие спало — и вуаля!
Ира, не сдержавшись, шёпотом послала её к лешему. Анька, почуяв, что подруга не настроена шутить, мигом посерьёзнела. Она сцепила пальцы над нетронутой чашкой кофе и опустила на них подбородок — стало быть, по-настоящему задумалась. Лучше б она думала, прежде чем пускать в ход чары, ей-богу…
— Слушай, ну… Кольцо же не могло такого натворить, да? — с сомнением протянула она.
— Понятия не имею. Тебе виднее.
— Нифига не виднее, — Анька потупила взор. — Я про него почти ничего не знаю.
— И при этом пользуешься направо и налево, — фыркнула Ира. Захотелось, уподобившись Чернову, посетовать в мироздание на безответственность. — Анька, я тебя сдам магконтролю, честное слово.
— Не надо, — быстро сказала Сафонова. — Это ж всего лишь Свириденко, кому он нафиг нужен? Приворот через пару месяцев развеется, и дело с концом…
— А мне-то что делать всё это время? — прошипела Ира. — И вообще, это жестоко!
— Да расслабься ты, — отмахнулась Анька. Будто и не она пару дней назад едва головой в стенку не билась, не зная, куда девать незадачливого ухажёра! — Можешь даже на пару свиданий сбегать в рестораны поприличнее. А жениться на тебе ему всё равно мамка не даст.
Это правда. Татьяна Ивановна может сколько угодно любезничать с мамой по старой памяти, но Ира вряд ли достойная партия Славику в её прагматичном понимании. Что ж, по крайней мере, социальное неравенство сыграло на руку.
— Смотри, договорится с твоим отцом, — проворчала Ира, просто чтобы задеть подругу. — Распишетесь как миленькие, и никакие чары не помогут.
— Не-а, папа никогда против моей воли не пойдёт, — уверенно заявила Анька.
И опять она права. Павел Сергеевич даёт дочери полную свободу выбора; можно только позавидовать. Ира и завидовала. Правда, предложи ей кто поменяться с подругой судьбами, она бы наотрез отказалась.