— Мам, пап? — заглянул он в родительскую комнату. — Мы пришли…

Родители Паши сидели на диване и, как ему показалось, довольно напряженно о чем-то разговаривали. Наверняка обсуждали, как вести себя с гостем, и не могли сойтись во мнениях.

Людмила Пожарская первой вскочила с дивана и направилась в прихожую с таким решительным видом, словно там ее ждал не мальчик, а целая толпа политических противников. Ее муж поспешил следом, по дороге подмигнув сыну — дал понять, что в случае чего постарается разрядить обстановку. Как же Паше хотелось надеяться, что он сумеет это сделать!

Он так и не придумал, каким образом представить Лешу и родителей друг другу, и уже собрался пробормотать «Вот, познакомьтесь», когда гость, явно догадавшийся о его чувствах, взял это непростое дело в свои руки.

— Здравствуйте, Людмила Алексеевна, здравствуйте, Юрий Павлович, — сказал он, выходя навстречу хозяевам дома.

Павел не стал даже пытаться вспомнить, когда он назвал Алексею имена своих родителей — он прекрасно знал, что этого не было. Но то, что друг знал, как их звали, его не удивило. Это была далеко не самая странная вещь, касающаяся Леши.

— Здравствуйте, молодой человек, — улыбнулся гостю Пожарский-старший, протягивая ему руку.

И вновь, как и при первом знакомстве с Пашей, Алексей как будто бы не сразу понял, что от него требуется. Помедлил, но потом ответил на рукопожатие, и на его лице тоже появилась улыбка.

— Очень рад с вами познакомиться. Павел мне о вас рассказывал, — произнес он своим обычным вежливым тоном, хотя младший Пожарский видел, что он смотрел на его родителей с искренним интересом.

— Добрый вечер, — холодно поздоровалась с новым знакомым мать Паши и жестом пригласила всех на кухню. — Давайте чаю выпьем.

Сказано это было с таким суровым выражением лица, словно она не предлагала гостю чай, а приказывала принять участие в посиделках за столом. Леше такой тон, как показалось Павлу, был совсем непривычен, и он снова ненадолго растерялся, но затем, согласно кивнув, прошел в кухню:

— С удовольствием.

Людмила торопливо вбежала в кухню следом за своим сыном и его гостем, щелкнула кнопкой электрического чайника и полезла в висящий на стене шкафчик. Паша, видя это, бросился помогать ей — было ясно, что мать до последнего момента не собиралась ни поить его друга чаем, ни вообще обращаться с ним, как с гостем. Может быть, это Алексей повлиял на нее — так же, как он проделал это с Арутюном Левоновичем? Павел покосился на своего товарища, который в этот момент как раз усаживался за стол. Нет, вряд ли, он ведь пока почти ничего не сказал, только поздоровался. «Значит, это папа сумел убедить маму не набрасываться на Лешку с порога», — решил Паша и бросил на отца быстрый восхищенный взгляд.

Выключился закипевший чайник, и старший Пожарский принялся разливать по чашкам с заваркой кипяток. Чаепитие получалось более чем скромным — из сладостей на кухне нашлось лишь несколько конфет и пакет сушек.

— Мы, к сожалению, не знали, что ты придешь к нам в гости, — сказал Юрий Павлович Алексею. — Паша нас в последний момент предупредил, а то бы мы тортик купили.

— Спасибо, все и так замечательно, — Леша размешал в своем чае сахар и аккуратно положил ложку на блюдце рядом с чашкой. — Я очень люблю простую еду, она всегда была гораздо вкуснее, чем наши обеды… У нас дома, я имею в виду.

Людмила Алексеевна одобрительно посмотрела на его ложку, а потом перевела взгляд на ложку Паши, которую он небрежно бросил на стол, и слегка нахмурилась.

— Нам бы хотелось узнать побольше о Пашином друге, — сказала она Алексею. — Ты ведь не в нашей школе учишься?

— Нет, я всегда дома обучался, — ответил гость. — Из-за того, что болел очень сильно.

Эти слова прозвучали так печально, что мать Павла поспешила сменить тему:

— Но теперь ты не болеешь? Раз тебя даже гулять по городу одного отпускают… Твоя мама не беспокоится?

— Нет, теперь уже не беспокоится, — подтвердил Алексей.

— Люда, хватит устраивать гостю допрос, — вмешался в разговор Юрий Пожарский. — Ты, Алеша, наверное, хочешь посмотреть Пашину коллекцию ножей? Он тебе уже ею хвастался?

— Я говорил… — пробормотал Павел, вспомнив о последнем прибавлении в своей коллекции и снова почувствовав жгучий стыд. В другое время он бы с радостью показал другу все свои ножи, но теперь… Младший Пожарский не сомневался, что когда Леша увидит подарок Зайчика, он обязательно начнет догадываться, что этот дорогой нож достался ему не просто так. И даже если сам Алексей ничего не спросит, Паша все равно ему все расскажет.

— Мне было бы очень интересно посмотреть твою коллекцию, — улыбнулся, тем временем, его друг.

— Ну а я, — вновь заговорила Людмила Пожарская, — это увлечение оружием не одобряю. Что хорошего в том, чтобы собирать опасные предметы?

— Мам! — простонал Павел, испугавшись, что сейчас им придется в очередной раз слушать долгие мамины рассуждения на ее любимую тему. — Я уже сто раз говорил — я их собираю не для того, чтобы… использовать их по назначению.

— Ага, сегодня ты их просто собираешь, завтра начнешь ими на партах разные словечки вырезать, а послезавтра на кого-нибудь нападешь! — отрезала мать, свирепо глядя при этом не на Пашу, а на его друга.