Эрфиан поставил кувшин на мостовую.

— Ты про винодела Сахира? Я его знаю. Он светлый эльф, так?

Девушка покраснела, ее глаза снова заблестели от слез.

— И что же? — спросила она с вызовом. — У него тоже есть сердце!

— Как тебя зовут? — осведомился Эрфиан.

— Фабия, — ответила девушка, потупившись.

— Мариус прав, негоже такой красавице лить слезы. Пойдем с нами.

— Ах, нет! Отец наказывал не ходить со жрецами богини… все знают, что с ними нельзя ходить, даже если они очень попросят…

Мадда взяла девушку за руки.

— Устраивали ли когда-нибудь праздники в твою честь?

— Нет, — покачала головой Фабия. Она вряд ли встретила пятнадцатую весну и в своей одежде походила на скромную тихую девочку.

— Вот и хорошо! Мы до утра будем пить вино за тебя и Сахира!

Фабия захлопала ресницами.

— Я не знаю твоего имени, незнакомка, но понимаю, что со жрецами дружбу лучше не водить. Ваша богиня лишила вас разума. Я сказала, что нам с Сахиром не суждено быть вместе…

— Если ты хочешь знать мое имя, девочка, меня зовут Мадда. А суждено вам быть вместе или нет — это решать не твоему отцу.

— И верно! — поддакнул Мариус. — Ты уже взрослая, не будешь же ты постоянно слушаться отца? Он ревнует тебя к Сахиру, вот и не хочет отпускать.

— Точно, ревнует, — закивала Мадда. — Отцы — они все такие. Но в глубине души он хочет, чтобы ты была счастлива. А, значит, ты не сделаешь дурного.

— Я знаю, где живет Сахир, — сказал Эрфиан.

Дом эльфа располагался на одной из главных улиц города — рядом с базаром, куда Сахир приносил свои товары. Вино он делал отменное, и Эрфиан заглядывал к нему для того, чтобы попробовать напиток, приобрести пару кувшинов и поговорить. Из города Сахир отлучался редко, но был знаком со многими торговцами и запоминал любые, даже ничего не значащие на первый взгляд, сплетни — оставалось удивляться, как все это держится в его голове. Несколько часов бесконечной болтовни стоили того, чтобы потерпеть.

Вампирша Луна подарила Текле темную жизнь и нарекла его странным именем Имри. Их величество король светлых эльфов, сосед янтарных Жрецов, завершили строительство деревни. Следопыты из кучки смертных с печатью Прародительницы, лишенных разума, превращаются в угрозу для темных существ. А как поживает Жрица Царсина? Хорошо. О ее Жреце говорят по обе стороны большой воды, он лучше всех владеет парными клинками, мудр не по годам, беседовать с ним приятно. Хотя с Эрфианом приятнее, он умеет слушать и платит за вино вампирским золотом.

— Ну и домишко, — фыркнул Мариус. — А я думал, виноделы живут как короли светлых эльфов.

Эрфиан коротко свистнул, и в окне показалась взъерошенная голова Сахира. Он оглядел спутников и открыл рот от удивления, заметив Фабию.

— Вам… вина? — спросил эльф, обретя дар речи.

— Захвати кувшин-другой, мальчик, — закивала Мадда. — Праздник будет большим и шумным.

— Зачем правителю вино? — растерялся эльф. — Я утром распорядился передать тридцать кувшинов!

— Распорядился передать правителю тридцать кувшинов, а на свою свадьбу не принесешь ни одного? — осуждающе поцокал языком Мариус.

Сахир пригладил ладонью золотые кудри.

— Ты что, уже передумал просить моей руки?.. — обиженно протянула Фабия.

— Что ты, душа моя! Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, но твой отец…

— Да пусть боги возьмут моего отца! — топнула ногой девушка. — Ты собираешься выходить из дома?! Или мы тут простоим до вечера?!

Мадда, слушая их разговор, довольно улыбалась. Она взяла Эрфиана под руку, жестом велела ему наклониться и шепнула:

— Они такие милые! Они понравятся маме!

До Сахира наконец дошло.

— Ах! Свадьба… — Он по очереди оглядел всех. — Не знал, что богиня принимает клятвы верности.

— Богине клятвы не нужны, — уведомила Мадда. — Она благословляет тех, кто не боится любить и бороться за свою любовь. Понял?

Сахир кивнул. Вид у него был такой, словно он размышляет — убежать ли подальше или выскочить в окно, а потом заключить Фабию в объятия.

— Вино, — сказал он. — Вино.

— Неси свое вино, — ответил Эрфиан. — Да поторапливайся.

— Значит, храмов на свете много?

— Да, мальчик. Есть храмы поменьше и побольше. Эти лампы тоже пустые.

Эрфиан поднял маленький кувшин с маслом и наполнил лампы. Было раннее утро, но ему, как и жрице, не спалось, а остальные еще видели девятый сон. Ночью довольные Сахир и Фабия пили вино и танцевали до тех пор, пока у них от усталости не подогнулись ноги, а потом улеглись в обнимку под оливковым деревом и задремали. Мадда с Мариусом, недовольные тем, что виновники торжества не почтили богиню и не предались страсти, старались разбудить девушку и эльфа, но потерпели неудачу. Утренняя тишина пришлась Эрфиану по душе