«Первый этаж! Отлично!»

Отсутствие окон объяснялось тем, что коридор был внутренним, и если пройти налево до конца и повернуть, там будет дверь во двор.

Туда девушка и направилась.

Почти бегом, но не забывая прислушиваться и вести лёгкое магическое сканирование; держа наготове «дыхание дракона», но надеясь, что больше его применять не придётся; ещё чувствуя себя пленницей, но думая только о свободе; не удивляясь тому, что до сих пор никого не встретила, и радуясь этому… Кори была так увлечена удачно складывающимся побегом, что совершенно позабыла о видеокамерах и не набросила на себя «накидку пыльных дорог». С другой стороны, перемещение пищи масаны могли отследить и без всяких устройств. И подобраться скрытно могли: в ту секунду, когда девушка остановилась перед внешней дверью, за её спиной появилась туманная дымка, почти мгновенно превратившаяся в двух вампиров.

– Чёрт!

Беловолосая резко развернулась, но вампиры были наготове, и тот, что стоял слева, ударил Кори под руку, из-за чего поток «дыхания дракона» врезался в потолок, а не в его голову. Второй же ловко подсёк девушку, уронив её на пол, после чего беловолосую принялись безжалостно избивать, поскольку Марк запретил убивать и насиловать опасную пленницу.

«Storia della moda»

Италия, Милан

Мама Кали ждала этого звонка. Не хотела, чтобы он состоялся, но знала, что без него не обойдётся. Ждала, терзаемая плохими предчувствиями, которые… которые полностью подтвердились.

– Мама Кали?

– Привет, Схинки.

– Приятно, что ты узнаёшь меня по голосу. – Помощник Ярги звонил с разных номеров, однако узнаваемый тембр не позволил шасе ошибиться. – И вообще – помнишь.

– Как тебя можно забыть?

– Вот тут я с тобой согласен, – самодовольно отозвался Схинки. Однако следующую фразу он произнёс деловым и даже жёстким тоном: – У Бессмертного проблемы.

– Давно уже.

– Давно у него начались недоразумения с кровососами, а теперь у него проблема с заурдом.

– Что случилось?

– Заурду не нравится, что Бессмертный теряет контроль за происходящим.

– Я не собираюсь спорить с заурдом, – осторожно ответила шаса.

И Схинки прекрасно понял содержащийся в ответе намёк.

– Ты так не считаешь?

– У меня сложилось впечатление, что Бессмертный знает, что делает, и хочет разрешить ситуацию с минимальными потерями для заурда.

– Для заурда?

– Марк Луминар такой же слуга заурда, как Бессмертный.

Ответ заставил Схинки задуматься. Некоторое время в трубке царила тишина, а затем он протянул:

– Не столь ценный, но… да.

– Только поэтому Бессмертный не обрушился на Марка с той яростью и силой, как должен был, – Бессмертный полагает, что у заурда могут быть планы на бестолкового барона.

– Планы есть… Что ж, может, ты и права. – Период задумчивости миновал, и тон Схинки вновь стал деловым. И сухим. – Что происходит?

– Сегодня они будут встречаться.

– Проблемы возможны?

– Не думаю.

– И тем не менее заурд хочет, чтобы ты контролировала происходящее и при необходимости вмешалась, используя свою силу.

– На чьей стороне?

– Я ведь сказал, что Бессмертный более ценный слуга.

– Я всё поняла, Схинки.

– Вот и хорошо.

Мама Кали положила трубку и тяжело вздохнула.

Семейное дело…

Хорошо это или плохо – стать продолжателем бизнеса, которым твои предки занимались на протяжении десятилетий или веков? Наверное, хорошо, если к нему лежит душа, если не считаешь себя просто «продолжателем традиции», а по-настоящему увлечён семейным занятием. Наверное, плохо, если душа жаждет чего-то иного, что вызывает восторг и желание работать двадцать четыре часа в сутки, а не просто зарабатывать. Шасы, некоторые предприятия которых насчитывали тысячелетнюю историю, давным-давно задумались над правильным воспитанием наследников, сызмальства привлекали их к делу, учили, делились секретами, позволяя видеть в работе не только скучную лямку, которую нужно тянуть ради прибыли, но творческое занятие, поднимающее мастера на большую высоту. Ведь настоящих мастеров по-настоящему уважают.

В любом деле.

А уж в такой работе, как контрабанда магической энергии, творчества было в разы больше, чем в любой другой. Ведь это только кажется, что сотрудничать с не подозревающими о существовании Тайного Города челами легко и просто: находишь кандидата со способностями и превращаешь его в клиента. В действительности контрабандистам за свои триста процентов прибыли приходилось напрягаться изо всех сил. Во-первых, они постоянно пребывали в поиске новых клиентов и постепенно начинали машинально сканировать окружающих, выявляя «спящих» магов. Во-вторых, отыскав такого, им приходилось придумывать для каждого собственную легенду и, соответственно, ни в коем случае не путаться при дальнейшем общении. В-третьих, обучать осторожно, не позволяя клиентам добраться до сложных или боевых заклинаний, которые способны привести к нарушению режима секретности; не позволять увлекаться применением магии, чтобы не оказаться на виду; но при этом позволять зарабатывать столько, чтобы плата за энергию и артефакты не казалась чрезмерной.

Этому и многому другому старый Дабур Хамзи учил свою единственную дочь Кали. А на вопросы друзей и родственников лишь руками разводил: «Кто знает, какого мужа она себе найдёт? Вдруг у него будет собственный бизнес? И не очень удачный… Пусть у девочки будет профессия…» И как в воду глядел. Нет, не в первой части фразы, а во второй. Мужу Кали – Росану – понравилась идея стать контрабандистом, и он охотно перенимал у Дабура секреты ведения дел. Сначала они работали втроём, потом, когда Кали забеременела и стала много времени уделять дому – вдвоём с Дабуром, после смерти тестя вёл дела самостоятельно, подробно рассказывая обо всём жене. Дела у Росана шли неплохо, однако в один далеко не прекрасный день он не вернулся домой из очередной «командировки» и перестал отвечать на звонки, став жертвой банального уличного грабежа: оказался не в том месте, не в то время и получил дубинкой по голове от подкравшегося сзади уличного грабителя. Убивать его не собирались, но удар оказался слишком сильным. Вот тогда-то Кали и пригодились полученные от отца уроки и наработанный опыт. Нет, она не бедствовала и могла себе позволить просто растить сыновей, но деятельная натура требовала работы, поэтому Кали не продала бизнес, занялась им и меньше чем через год вошла в топ-3 контрабандистов Тайного Города, заслужив прозвище Мама Кали.