— Отвечать только на мои вопросы, — послышался за спиной голос Лаис, а в затылок уперлось дуло ее револьвера. — И вести себя тихо. Ясно?

Вор осторожно кивнул второй раз.

— Прекрасно, — одобрила девушка. — Итак, вопрос первый: где Пепел?

— Кто это? — весьма правдоподобно удивились в ответ.

Ретен едва заметно мотнул головой, давая понять что ей солгали и надавил сильней.

— Повторяю второй и последний раз: где Пепел? — но прежде чем Дасан успел среагировать, добавила: — Учти, третьей попытки у тебя уже не будет.

Ресс еще чуть сдвинул клинок, позволив капельке крови выступить на коже. Бандит даже кивнуть не решился, просто замолчал — но и отвечать, похоже, не собирался. Ситуация начала выходить из-под контроля. А тут, как на грех, в створку снаружи еще и нетерпеливо замолотили кулаком.

— Здесь дама! — отозвалась Лаисса.

В ответ зло ругнулись, но от двери отошли. Увы, явно не надолго. Нужно было срочно что-то решать.

— Два шага назад, — скомандовала она обеим мужчинам и те на удивление синхронно выполнили ее распоряжение. Теперь Дасан оказался прижат спиной к стене, а в шею ему по прежнему упирался клинок ресса. Лаис убрала револьвер, ставший ненужным, достала кристаллик усилителя и кинула в рот, слегка поморщившись. Поморщился, глядя на это и Ретен, но говорить ничего не стал.

А через минуту ищейка, сверившись с обострившейся интуицией, вдруг поинтересовалась:

— Это ведь был господин Эстарп, заместитель начальника полиции, так?

Бандит дрогнул:

— Если и без меня все знаете, какого хрена спектакль устраивать?

— Как давно Пепел у него? — продолжила девушка.

— Час назад погрузили ему в экипаж.

— И ведь он не единственный мальчишка, которого ты ему продал.

Вор молча пожал плечами, прекрасно понимая, что это не вопрос.

— И не только ему.

В ответ еще одно пожатие.

— Как часто? Раз в месяц? — продолжила девушка.

Ретен отрицательно качнул головой, не спуская с бандита глаз.

— Раз в неделю?

Теперь ресс кивнул, едва сдерживаясь.

— И они никогда потом не возвращались, так? — Лаис тоже была на пределе.

— Хорошо, мы поняли, — Ретен убрал лезвие от шеи Дасана, и тут же, без замаха полоснул ему по горлу. Плеснуло красным.

— Нельзя оставлять это за спиной, — сказал ресс вздрогнувшей девушке. — Вот такое — никак нельзя.

— Хватит болтать, — она уже взяла себя в руки и сумела отвести взгляд от завалившегося на спину тела. — Время!

— В окно, быстро! — Ретен явно просчитал все имеющиеся варианты и давно выбрал лучший. Лаисса без рассуждений рванула куда он показал.

— Давай! — ресс подставил ей сложенные в замок ладони и дождавшись, когда она поставит ногу резким и точным движением подбросил на высокий подоконник.

— Руку! — свесилась она оттуда. — Демоны, руку давай, стесняться потом будешь!

Он ухватился за маленькую, но крепкую ладонь и в секунду оказался рядом. Лаис со звоном вынесла сапогом стекло, посшибала торчащие осколки и скользнула наружу:

— Осторожнее, здесь высоко, — раздался ее голос уже снизу. — Не прыгай! На пузе сползи, я подстрахую!

Ретен хмыкнул и сполз. На пузе.

Труп Дасана, запертый в отхожем месте, нашли когда они были уже далеко. Но догонять по горячим следам никто никого не бросился — у воров появились дела поважней. На рынке начался новый передел власти. И если в прошлый раз все-так умудрились обойтись без большой крови, то теперь на это не было ни единого шанса.

Дари отловили уже через пяток минут после побега, но эти минуты запомнились не только ему. Они оказались буквально вписаны в интерьеры огромной, как выяснилось виллы, по которым Пепел и его погоня прошлись сметающим все ураганом. Ловить юркого и привыкшего лавировать в уличной толпе мальчишку вышло той еще задачей. Под конец за ним с улюлюканьем и матом неслась уже вся домашняя прислуга, включая поваренка. А возглавлял эту охоту, похоже, сам хозяин, которого творимый беглецом разгром пока еще не слишком огорчал. Главное — веселье.

Ну Дари и старался: оглушительно хлопал дверями, опрокидывал за собой мебель, заботливо подбрасывал под ноги преследователям более мелкие штучки, типа бесценных керамических ваз… Да, он тоже увлекся процессом, поэтому весьма огорчился, когда понял, что его загнали в угол. Заключительным аккордом стал вынесенный стулом огромный витраж в холле и попытка улизнуть сквозь него наружу — увы, неудачная. Но хоть не впустую побегали — разгребать последствия теперь придется долго. И поэтому когда его всем скопом валили и вязали, он все равно чувствовал странное внутреннее удовлетворение, как после хорошо проделанной работы. «Кстати, если хозяин сейчас здесь, да еще и гоняет прислугу с уже хорошо знакомыми холеными интонациями а голосе, то кого он тогда запер подкоптиться в том сраном подвале? Какую-то шестерку? Жаль. Была надежда, что попадется именно эта сволочь…»