Не отвел глаз и ресс:

— Да, — ответил он на невысказанный вопрос. — Клятва дана и принята.

— Хорошо, хоть в известность поставили, — буркнул братец, но ключи Лаис после этого отдал беспрекословно. — Так бы сразу и говорил, что муж, а не жених.

— Жених тоже. По вашим традициям.

— Так вы что, еще и по нашим?.. — кажется, Герен не мог поверить собственным ушам. — Лаис, за что ты его так?

— Я не настаивала, — пожала она плечами.

— Да, настаиваю на этом я, — согласился ресс.

Герен выдохнул, закрыл за собой дверь и ушел, так ничего и не добавив. Но четко осознавая, что сейчас у него появился еще один повод уважать этого человека.

Два оборванца не спеша, но целеустремленно шлепали по улицам Рески одинаково растоптанными ботинками. И вообще, выглядели они на удивление похожими: худенькие, светленькие, примерно одного роста мальчишки — не иначе как братья. Один чуть постарше, уже отрастивший волосы так, чтобы забрать их в хвост — словно наемник; второй пепельные пряди отпускать только начал. Но все равно, мечты и жизненные планы обоих пацанов по этим прическам читались отчетливее, чем по документам, которых у них наверняка и не было-то.

Столица ближе к вечеру вдруг проснулась, встряхнулась, просохла от затяжного дождя и стала выглядеть так, как задумывалось во время недавней серьезной перестройки — пафосно и величественно. Визитная карточка империи, сразу дающая понять, насколько та огромна, богата и непобедима. Вот только душок некоего трусливого ожидания так и не выветрился, оставшись своеобразным соусом к восприятию этого города. Очень своеобразным. Слегка тошнотворным. Лаис поняла, что вряд ли когда-нибудь сможет полюбить Реску, разве что притерпеться. Пепел же смотрел на свою жизнь и ее нынешнее обрамление куда оптимистичнее:

— Это ж сколько деньжищ сюда вбухано! Охренеть! И хотелось же кому-то с этим морочиться, а?

Сестричка, вернее, сегодня «братишка», лишь молча пожала плечами, щурясь на низкое послеполуденное солнце, как из орудия ударившее из-за очередного громадного дворца… Или театра? Или министерства? Только демоны знают — достроить этого каменного монстра пока не успели.

— Долго еще топать-то? — не унимался Дари.

— Полчаса, — подала, наконец, голос Лаис. — А то и побольше.

Пепел ругнулся, но тихонько — воспитательные меры ресса все-таки давали о себе знать, и поинтересовался:

— Стемнеть не успеет?

— Не должно. Осмотреться времени хватит.

В городском доме заместителя министра образования и государственной опеки готовились к празднованию юбилея. Гостей ждали лишь завтра, но уже сегодня кухня напоминала филиал бедлама, комнаты — чистилища, а парк — и того, и другого сразу. Помощь, предложенную двумя проходившими мимо мальчишками, приняли охотно, тем более, что за нее они попросили лишь кормежку. И обоих тут же отправили подсобить с уборкой сада. Смеркалось, и с этим следовало поторопиться, совсем уж в темноте работать там не получится. Впрочем, до темноты все равно не успели.

Пепел как раз сидел на дереве возле уютной беседки, развешивая последние светильники, которые «братишка» подавал ему снизу, когда их шуганул оттуда хозяин особняка. Тот привез с собой гостя и решил с ним посекретничать, но дом, сильно напоминавший бордель во время кавалеристской атаки, не подходил для этого совершенно — в отличии от опустевшего уже сада.

Ищейка внутри Лаис немедленно сделала стойку:

— Дари, нам туда нужно, — девушка ткнула в сторону увитого розами павильона, откуда раздавались почти неслышные голоса. — В смысле, нужно услышать, о чем там говорят.

— Нужно так нужно, — не стал спорить Пепел. — Сейчас организуем там пару чутких ушей.

— И шустрых ног! — напомнила Лаис. — Эрдари, ни в коем случае не дай себя поймать!

— Обижаешь, сестричка. Я себя даже увидеть не дам.

И тут же растаял в густеющих сумерках.

Ветер тихонько прошелся вдоль розовых плетей, украшавших беседку, и замер, больше не рискуя мешать замершему на минуту разговору двух крайне достойных господ. То, что вместе с ним в розы занесло любопытного худенького мальчишку, тоже не осталось незамеченным.

— Что там такое?! — господин Остарн, личный помощник министра юстиции, несколько раз нервно и метко ткнул в кусты тростью, ориентируясь на подозрительное шуршание. Но Пепел, которого при этом чувствительно достали в бок, даже не пикнул. Только плотнее вжался в землю у корней, молясь всем богам, чтобы не кликнули прислугу с фонарем — тогда у него не останется ни единого шанса.

— Ничего там нет, успокойтесь, — попытался унять его хозяин.

— Я же слышал, шуршало!

— Вы, господин Остарн, уже сквозняков начали бояться?