Огонь устремился вперёд и в стороны, помчался на людей. Не жалея и не оставляя после себя живых, стихия прорезала боевые порядки врагов до того, как их маги отреагировали, и принялась гулять по рядам.

А за Маккоем шли наёмники, стреляющие во всё, что шевелится, и огнемётчики Тармо. Пламя и лёд сегодня были отделены друг от друга.

Да, мы не могли истребить всех слуг Лесного Царя, но этого и не требовалось! Малыми силами обеспечив фланги и отделив трон от защитников, мы устремились вперёд, на штурм!

Из-под земли, разрывая сочную летнюю траву, поднимались каменные гиганты, и одного за другим их повергали наши бойцы. Впрочем, я тоже внёс посильный вклад в избиение, отдав жизни нескольких врагов копью, упиваясь кровавой сечей.

За каменными гигантами из нор у подножия дуба встали знакомые уже древолюды. Крупнее обычных, защищённые доспехами, переливающимися магией, они попытались заступить нам путь, но остановить не могли: пламя магических огнемётов стирало их из реальности, даруя быструю, но мучительную смерть.

Но каждый шаг, каждый убитый враг стоил своей цены: части бойцов пришлось оттеснять древолюдов в рукопашной, дробя наши и без того крошечные силы. Но мы уже были у самих ступеней.

Именно тогда путь преградили десять Чёрных Волков.

Я никогда не видел столь могучих и здоровенных оборотней. В звероформе каждый из них на две-три головы превосходил даже нашего персонального оборотня, но против них ударили революционеры, которые смели заслон.

Люди Киана и рейнджеры Эйри тотчас же организовали круговую оборону. К ним присоединились и добровольцы из Вольного города, а также освобождённые пленники.

У них была одна задача – не позволить врагам ударить нам в спины.

И всё!

Иоганн отлично умел адаптироваться к ситуации и пользоваться тем, что судьба преподнесла ему. С избранными чудовищами должны были схлестнуться другие чудовища.

Он первым ступил на гладкое полированное дерево, высоко воздев меч и наискось рубанув первого телохранителя, посмевшего преградить путь.

Про этих врагов артефактор рассказывал нам, но я впервые встретился с ними. То были не люди, но фантомы - духи, обрётшие плоть и служащие своему хозяину верой и правдой. Монстры, скачущие в грозовых небесах, дабы устрашать людей и забирать их детей в царство вечной весны!

Выглядели они как назгулы. Чёрные доспехи, чёрные плащи, чёрные мечи, чёрные души. Из-под глухих шлемов не разглядеть было лиц. Ни звука не издавали они, вступая в бой.

И хорошо!

Так было проще.

Почему? Потому что на этих тварей отлично работала демоническая магия, и полтора десятка искажённых пробивались через них, как раскалённый нож сквозь масло.

Мы поднялись на десять ступеней и вышли на громадную площадку, в центре которой строем разместились призраки.

На них накинулись Морвин с Илэром, им помог Нарендра, Малоун и еще пяток искажённых.

Мы оставили товарищей и пошли дальше, прорываясь вперёд, ко второй площадке.

Тут пришлось оставить ещё пятёрку бойцов во главе с Фотини и Анандой, которая с весёлым смехом принялась резать тварей своим мачете, каждый удар которого оставлял на их телах глубокие раны.

И мы пошли вперёд втроём, нагоняемые товарищами.

Первым, держа по мечу в каждой руке, поднимался Иоганн, справа шла Сюин, слева – я. Вот уж не думал, что всё обернётся таким образом, но случилось то, что случилось.

Жизнь – вообще крайне занятная штука, а судьба – та ещё озорница, обожающая смеяться на нашими чаяниями, планами и желаниями.

Да, нас осталось трое, но оружие каждого обладало чудовищной мощью. Ни мне, ни Сюин, ни Иоганну не требовалась магия. Мы просто резали и кололи, а телохранители древнего духа умирали.

Шаг за шагом, мы приближались к заветной цели – к третьей площадке, на которой уже виднелся трон, но сопротивление росло. Местные назгулы дрались отчаянно, но ничего не могли сделать.

В миг затишья я оглянулся, проверил товарищей.

Они уже спешили за нами, добивая последних защитников, не щадя никого и не тратя время на честные поединки. Цель была проста – победить любой ценой и мы шли к ней!

Я увернулся от чёрного меча и насадил его хозяина на острие копья. Шагнул ещё выше и наконец-то оказался на большой ровной площадке, в дальнем углу которой возвышался трон с замершим на нём бронированным гигантом, который медленно и величаво поднялся, стоило только нам ступить на гладкое, отполированное сотнями ног дерево.