– Вот так.

– Если бы ты знал, как я сожалею о прежних временах, когда ты раскачивался от пьянства!

– Я тоже о них сожалею... Но это была молодость, Павел Николаевич.

– Тогда все прекрасно! Молодость вернется" Худолей.

– Вы думаете?
– с надеждой спросил эксперт.

– Уверен. Давай подробности - что, где, когда, сколько?

– В нашей кладовке, если вы помните, лежат, вешдоки... Вещественные доказательства, другими словами...

– Да знаю я, что такое вещдоки!
– с раздражением воскликнул Пафнутьев.
– Дело говори!

– Во время обыска, если вы помните, были изъяты взрыв-патроны... Упаковка... Двенадцать штук...

– Ну?
– произнес Пафнутьев, охваченный дурными предчувствиями. Он прекрасно помнил эти роскошные, красивые в своей убойной мощи патроны, изготовленные в какой-то чрезвычайно развитой стране. В цилиндр размером с телефонную трубку были вмонтированы часы, которые позволяли устанавливать время взрыва. Пришел ты, к примеру, в кабинет к плохому человеку, изловчился, сунул ему в тумбочку, в корзину для бумаг, в книжный шкаф, в холодильник, в портфель, под креслом выискал симпатичное местечко - и ушел. А ровно через два часа с четвертью, или через час с половиной - как ты сам того пожелаешь, раздается мощный взрыв, от которого мало что уцелеет. Дом, конечно, уцелеет, но от кабинета и его обитателя останутся одни воспоминания. Упаковку таких патронов удалось изъять во время одного из обысков в коммерческой палатке, торговавшей поддельной водкой и отвратительной бельгийской колбасой. Теперь Худолей докладывает, что патроны пропали. А Пафнутьев сам на них глаз положил, уж больно они ему понравились, и подумал он, преступно подумал о том, что патроны эти могли бы в трудную минуту очень пригодиться.

– Значит, так... Открываю я сейчас дверь... В порядке была дверь, замки не повреждены, следов отжима нет, да там и невозможен отжим, и в кладовке все в порядке... А пакета нет.

– Но его же невозможно унести в руках!

– Почему?
– слабо улыбнулся Худолей.
– Очень даже запросто. Этот пакет и в сумку поместится, и в портфель, а если завернуть его в газету, то он вполне сойдет за связку книг, коробку от обуви. И потом, знаешь... Он же мог их по одному выносить, если так легко в кладовку проникает.

– Так, - крякнул Пафнутьев.
– Так, - повторил он, положив тяжелые кулаки на стол.
– Когда у тебя пропала фотопленка, мы знали кого подозревать, правильно?

– Знали, - кивнул Худолей.

– Кого подозреваем сейчас?

– Паша, - Худолей решился, наконец, назвать Пафнутьева по имени, как он называл его в прежней своей плохой и недостойной жизни.
– И тогда, и сейчас проделал свой... Наш.

– С ключами у тебя порядок?

– Паша!
– Худолей прижал к груди худенькие голубоватые ладошки.
– Как перед Богом!

– Не надо так высоко... Опустимся пониже... Кто знал об этих прекрасных патронах? Ах, какие были изделия!
– сам себя перебил Пафнутьев.
– Какие патроны!
– простонал он.
– Помнишь? Верхний колпачок поворачиваешь, напротив риски устанавливаешь время, через сколько часов и минут должен произойти взрыв... И пожалте! Хоть лучшему другу в машину сунь, хоть под воду, хоть в унитаз... Взрыв произойдет неизбежно! А, - крякнул Пафнутьев.
– Жаль! Так кто же все-таки о них знал?

– За мной тупик, - скорбно сказал Худо-лей.
– Со своими приятелями я порвал... К сожалению. Да они и не интересуются такими вещами, у них другие забавы.

– Помню, - кивнул Пафнутьев.

– Знать о патронах мог только человек, который участвовал в той операции, - Худолей исподлобья посмотрел на Пафнутьева, давая понять - от тебя, Паша, цепочка тянется.

– А кто участвовал?
– спросил Пафнутьев.
– Ты да я! И все!

– И двое оперативников, - подсказал Худо-лей негромко, но настойчиво.
– И двое понятых, которые протокол подписывали... Оперативники приехали на машине, там был водитель...

– И нас с тобой Андрей привез...

– Вот-вот, - произнес Худолей, продолжая в упор смотреть на Пафнутьева.
– Уже с десяток набирается...

– Пропала вся упаковка?
– уточнил Пафнутьев.

– Да, с коробкой вместе.

– Двенадцать патронов?

– Было двенадцать, - поправил Худолей.
– Но два мы использовали, испытали, так сказать, изделие... В коробке осталось десять. Вот они и пропали. Теперь будем ждать взрывов. Эти взрывы не спутаешь с другими.

– Так... Наверняка узнаешь?

– Да, Паша. Там очень своеобразная взрывчатка... Есть и еще признаки. Не ошибусь, не боись.

– Сегодня заметил?

– Только что.

– А когда их могли взять?

– Если честно - в течение последней недели. Я видел их, когда готовил заключение. Еще раз сходил посмотреть. Это было пять дней назад. Все они были на месте. В тот день Неклясов приходил, помнишь?

– Ну что, будем менять замок?

– А чего его менять?
– Худолей передернул плечами и грустно уставился в окно. Но, помолчав, снова в упор посмотрел на Пафнутьева.
– Помнишь историю с банком "Глобус"? Они замки поставили, каких свет не видел. Половину окон кирпичом заложили. Решетки из нержавейки на окнах поставили. Окна в подвал бетоном залили. У каждой двери по два автоматчика поставили... Броневик пригнали из Германии. Все двери заменили на стальные. И сигнализацию установили такую, что милиция дважды приезжала - мышь где-то пискнула... А чем кончилось? Бухгалтер взял все деньги и был таков. И до сих пор. Купил где-нибудь в Бразилии ресторан, балдеет на карнавалах, любуется, как черные красотки задами трясут...