– Это мой сын, - вздохнул Леций, - и мои проблемы. Если надо будет его убить - я сделаю

это сам.

***********************************************************

****************************************

****************

****

Осень наступила золотая и яркая. Все дожди природа выплакала летом, сентябрь же был

сухим и солнечным. Начались занятия в университете, вернулись с каникул студенты, жизнь

завертелась так, что некогда было оглянуться.

Оливия купила по дороге пакет молока, творожный сырок и крекеры к чаю. Деньги

кончались. Всю стипендию она потратила на новый костюм и туфли. Когда начинаешь себе

хоть немного нравиться, сразу же появляется желание себя приодеть. Желание появилось, а

денег не прибавилось.

Она открыла замок, вошла в дверь и так и застыла с сумкой в руках. На рабочем столе

стоял букет шикарных роз, лежали коробки конфет и упаковки с деликатесами, рядком стояли

бутылки, и завершал всю эту композицию огромный торт.

– Раздевайся, раздевайся, - услышала она сзади насмешливый голос дяди Роя.

Раньше она бы по-детски визгнула от восторга и бросилась ему на шею, но сейчас

ощущала себя уже солидной дамой.

– Наконец-то!
– просто сказала она оборачиваясь.

Наконец-то появился тот, кто единственный умел скрасить ее жизнь. Хотя бы вот такими

сюрпризами. Она увидела его и поняла, что теперь-то ей будет легче. Теперь вернется что-то

потерянное, забытое на далекой Земле, в прошлой жизни. Наконец-то!

– Не ждали?
– усмехнулся он.

– Мы всегда тебя ждем. Здравствуй, дядя Рой.

– Здравствуй, детка. А где Льюис?

– У него сегодня заплыв. Но он скоро придет, не волнуйся.

Она бросила сумку на кухонный стол, сняла плащ и стала торопливо прибираться.

– У нас тут тесновато, конечно, но, в общем, все есть. Можно ужин приготовить... А

ключ тебе комендантша дала? Она, вообще-то вредная.

– Ее убедил мой букет.

– Шикарный букет... только воды мало. Сейчас я долью!

– 64 -

– Олли, сядь, - прервал он ее нервную суету, - потом уберешься.

Она так привыкла его слушаться, что села не раздумывая.

– Та-ак, - оглядел он ее, - изменилась. Похудела. Повзрослела. Не узнать.

Сам-то он был всё такой же: великолепный, уверенный, щедрый и всегда неожиданный.

– Ты прав, - сказала она, - я очень изменилась.

В одно это слово она вложила и всю боль, и всю гордость. Рой посмотрел своими

синими глазами, как будто просветил насквозь.

– И что с моей девочкой происходит?

Он не всегда бывал так ласков. Обычно вся его любовь доставалась Льюису. Оливия же

была бесплатным приложением.

– Помнишь, со мной был приступ в космопорту?
– спросила она.

– Ну?

– Так вот, он еще не прошел.

– Не прошел, говоришь?

Рой нахмурился. Она вскочила со стула.

– Я все-таки заварю чай... Тебе земной или местный?

– Ты не хочешь говорить, Олли?
– спросил он.

– Ты удивишься, - ответила она, - я не могу так сразу.

– Хорошо, давай чай. Любой.

Оливия расчистила стол от упаковок, насыпала крекер в вазочку, поставила две чашки.

Потом взяла и сказала прямо в лоб.

– Ты знаешь, я ведь аппир.

– Аппир?
– не то чтобы удивился, а как будто усмехнулся Рой этой глупости, - кто тебе

сказал такую чушь?

– Доктор Кондор.

– Кондор? Ты умудрилась попасть к Кондору?

– Да. И теперь он лечит меня. Знаешь, я ведь неспроста была такая толстая: у меня был

неправильный обмен веществ. Теперь, видишь, всё в порядке. Я даже не голодаю. А от

видений этих... пока пью таблетки. Больше ничего не помогает.

– Каких видений, Олли?

– Вижу всяких уродов во сне. И я среди них такая же. Я же аппирка. Наверно, это память

предков.

– А еще что видишь?

– Вижу, как купол раскалывается. И вижу, как меня выносит этот спасатель в серебристом

скафандре, - Оливия вздохнула, - я, наверно, никогда от этого не избавлюсь.

– Избавишься, - сказал Рой, - всему свой срок.

– Я думала, что всё дело в космосе, - проговорила она обреченно, - думала: прилечу, и всё