и оно послужило тайником уже не для одного поколения Поттеров. Я думал…

Он внезапно замолчал и присел на корточки, Лупин последовал его примеру, и они вместе начали

изучать образовавшуюся у их ног кучу самых неожиданных и разнообразных предметов.

Некоторые были ему знакомы: у него кольнуло в груди, когда он увидел коробочку Карандашей

Магической Реальности «Оживи свою карту!» из Зонко — именно ими была нарисована Карта

Мародеров. Пачка писем. Он не видел их раньше, но узнал почерк Лили. Сириус провел по ним рукой

и отложил в сторону.

Большой радужный пакетик Всевкусных Орешков Берти Боттс с надписью «Попробуй вкус

радуги!» на боку — Сириус, усмехнувшись, поднял его:

— О, помню-помню… Ты не ел фиолетовые, потому что поговаривали, что от них случаются

галлюцинации… Ну, конечно, это были только слухи…

— Ага, а вы с Джеймсом эти слухи решили проверить, подсунув за завтраком три штуки Снэйпу

в овсянку. В тот день он набросился на двух учителей, приняв их за жирафов — вооруженных и

очень опасных.

— Да, это было круто… — Сириус заулыбался, но тут же очнулся, — хотя, нет — с нашей стороны

292

это было весьма бесчувственно и негуманно.

Лупин вытаращился на него, не в силах поверить своим ушам:

— Сириус, ты что — тайком съел фиолетовую конфету, пока я не видел?

Сириус снова улыбнулся и отбросил пакет в сторону. Теперь он поднял деревянную коробку и

откинул крышку, Лупин заглянул внутрь и почувствовал, что сердце замерло: там лежала книга

в желтом переплете: «Вы решили стать росомахой: двенадцать трудных шагов, чтобы стать

зверомагом» и стопка пергаментных карточек с записями Джеймса, сделанными аккуратным

мальчишеским почерком: «Необходимые ингредиенты: порошок из змеиной кожи, кровь дракона,

толченая шкура бумсланга, позвоночник тритона… Кстати: попросить у Лили ключ к классу

Заклинаний, чтобы мы могли работать там. Все должно быть готово к следующему полнолунию.»

Лупин прикрыл глаза — настолько ясно и четко перед его внутренним зрением вспыхнул образ

Джеймса: вот он в Запретном Лесу, подняв к ночному небу глаза, полные первозданной дикости и

звезд, ждет превращения… Время сжалось, словно меха гармошки, — Джеймс захохотал…

Сириус обычно смеялся дольше всех, но Джеймс, как правило, всегда начинал смеяться первым:

в отличие от Сириуса, он всегда был открыт счастью и радости. Лупин всегда думал, что все дело

в том, что детство у них было совершенно разным, однако теперь, глядя на Гарри, детство которого,

с этими годами, проведенным взаперти под лестницей, было просто ужасным, видел, что они

с Джеймсом в этом очень похожи. Чтобы быть счастливым, ему тоже нужны были только его

друзья…

А вот на Сириуса куда больше был похож Драко — вряд ли существовало другое слово, которое

с таким трудом можно было применить к ним обоим, чем слово «счастье».

Лупин услышал, как Сириус кашлянул, закрыл коробку и опустил ее на землю. Оглядевшись, он

увидел еще одну пачку писем, которую Сириус торопливо отпихнул подальше. Судя по украшавшим

их пылающим сердечкам, падающим звездам и именам — Эшли, Кэрол, Эми — они были от старых

подружек Сириуса.

Вот старые Квиддитчные карточки — улыбающийся и весело подмигивающий Людо Шульман, а

вот Иван Вронский… теперь она наверное, стоит целую кучу галлеонов! Сириус и их отложил

в сторону. А вот перевязанная ленточкой пачка волшебных фотографий — он сунул их в карман и

наконец присел на пятки, качая головой и отряхивая грязь с рук. — Не нашел того, что искал?

— Нет, — медленно ответил Сириус, — нет, но тут же была коробка, о которой мне говорил

Джеймс… Могу поклясться…

Неожиданно он вскочил, щелкнул пальцами и закричал:

— Ну конечно! Он спрятал это под корнями! Отойди-ка на секунду, Лунатик…

Лупин опасливо послушался.

Сириус снова вытащил из кармана палочку:

— Зовио лопата!

— Лопата? — вытаращил глаза Лупин. — А она-то здесь откуда?

— Откуда-нибудь поблизости, — хладнокровно отрезал Сириус. — Оп-с, пригнись…

Здоровенная лопата просвистела у Лупина над головой и влетела в ладонь Сириуса, который