— Ну, ладно, — Рон окончательно побагровел, и не только холод был тому причиной. — Кстати, я

не хотел об этом говорить, — но что на вас такое надето?

Джинни с Гермионой машинально оглядели себя — на них были зимние мантии, наколдованные

Ровеной, — Джинни это было особенно приятно, потому что это было куда лучше, чем тонкая да

к тому же еще и выпачканная в золе пижама. Материалом для мантий послужила гладкая шерсть —

не колючая и поскрипывающая, а мягкая и нежная. Не говоря уж о том, что цвет был ее любимый,

темно-зеленый…

— Мне кажется, мы выглядим просто чудесно, — произнесла Гермиона, поправляя волосы. —

Ты — так просто грандиозно, — согласился с ней Рон и направил строгий взгляд на Джинни, — а

твоя мантия слишком облегающая. Она что — не могла тебе дать что-нибудь… посвободнее?

— Это такой фасон, — фыркнула Джинни. — Тебе просто завидно, тебя обделили.

Рон насмешливо фыркнул.

— И что бы мне тут предложили? Трико? Или что они здесь носят?

Бенджамин сердито посмотрел на него.

— Нет-нет, я не имею ничего против трико, — торопливо добавил Рон.

— Ну хватит, — Гермиона закатила глаза. — Держитесь все за меня — быстро, — Джинни, Рон и

Бенджамин торопливо схватили ее за руку.

Гермиона прикоснулась к Ликанту у себя на шее. — Мобиларус, — произнесла она, и мир вокруг

них закружился и ухнул в темноту.

***

Флёр вскинула глаза, когда дверь пинком распахнулась и в комнату вошел Драко. Он выглядел

совсем по-другому, не в смысле, что он изменился, но теперь в глазах у него светилась такая

дикость, а кожа была так бледна, что, казалось, он не до конца проснулся, и перед глазами его все

еще мелькает один кошмар за другим.

— То существо п’ринесло тебе твою выпивку, — тихонько пискнула она, махнув рукой в сторону

низенького столика у огня, на котором выстроилась небывалая батарея украшенных зелеными

зонтиками стаканов с напитками. Лед в них не таял — по-видимому, стаканы были заколдованы.

— Что б мне сдохнуть, — вытаращил глаза Драко. — Причем во всех смыслах.

Он подошел к камину, взял стакан и, вытащив из него зонтик, залпом осушил его.

Флёр удивленно приподнялась:

— Д’рако, ты что это соб’рался сделать?

— Нажраться, — Драко хлопнул стаканом об стол. — А что — не похоже?

— Думаешь, это хо’рошая мысль?

— Хар-рошая мысль? — передразнил он ее, прищурившись. — А что — я не заслуживаю пары

мгновений радости? Они бы замечательно разбавили этот коктейль из смерти и хаоса.

304

— Это тебе Зе’ркало показало, да? — серьезно посмотрела на него Флёр.

Драко надломленно и истерично расхохотался:

— Какое такое Зеркало? Понятия не имею, о чем ты болтаешь. Он выжег мне дыру в руке, а потом

потащил меня куда-то и продемонстрировал армию, во главе которой я встану: дементоры,

оборотни, вампиры, какая-то дрянь с рогами, растущими прямо из ушей, — ну, просто дом свиданий

для дьявольских отродий — «Место встречи одиноких отвратительных уродов»…

— Д’рако, ты как себя чувствуешь — ничего?..

— Словно сначала меня переехал Хогвартс-Экспресс, а потом в меня шарахнула молния. Погоди,

дай мне еще выпить, и тогда все будет просто отлично.

Он опустошил еще один стакан Май Тай.

Прикусив губу, Флёр протянула к нему руку:

— Д’рако… пожалуйста, п’рисядь.

— Уж не рядом ли с тобой? — неожиданно Драко швырнул в огонь пустой стакан, тот треснул от

жара, и пламя радостно заплясало, пожирая остатки спирта. — Вот уж не собираюсь. Уж лучше

с дементором целоваться. И, судя по тому, как идут дела, именно этим мне и придется заняться,

потому что я, похоже, застрял тут на ближайшее тысячелетие.

— Тысячелетие?

— Ага, я теперь буду жить вечно. Вечно — и со Слитерином, понятно? Похоже, он думает, что это

просто грандиозная награда, но я знаю его что-то около недели и чем дальше, тем меньше мне он

нравится, провести целую вечность рядом с этим парнем мне не по вкусу. Однако — ух! — зато мой