Кроме того, я хоть и не Наследник, но в моих жилах тоже есть кровь Хаффлпафф…

Драко издевательски заржал, Гермиона пихнула его локтем, чтобы тот замолчал.

— Ладно, давайте все вместе, — согласился Сириус. — С Наследником Слитерина вам будет

действительно гораздо безопасней, а мне куда проще будет лазить по замку одному, — он взглянул

на Драко. — А когда вы доберетесь до Ока, защитите его всем, чем можете — своей жизнью…

— Вот еще, — на губах Драко появилась тень насмешливой улыбки, — я собираюсь охранять ее

своим здоровенным мечом.

— Отлично. Вперед, — произнес Гарри.

383

***

Медленно садилось солнце, протягивая по золотому гобелену неба серебристые нити облаков.

Джинни, подрагивая, сидела у разведенного Беном в полдень огня — здесь наступала осень,

становилось прохладно. В стороне, у шатров, перемигивались огоньки костров. Небо окрасилось

янтарем, облака заалели… В воздухе пахло приближающимся холодом и драконами — причем

последними довольно сильно. Собственно дракон был один, одолженный им Гаретом днем раньше.

Днем раньше?… Этот катившийся к закату прожитый ей день на самом деле был уже десятью

годами позже….

Звали представителя племени Уэльских Зеленых драконов Феролюсом, и даже будучи

привязанным в отдалении, он испускал такой могучий запах, что распугивал овец. Прищурившись,

Джинни увидела отделившуюся от лагеря фигуру, приближающуюся к ней, — она надеялась, что это

Бен. Все эти дни он проводил в беседах с войском: обнаружилось неожиданное препятствие, — сама

она не могла разговаривать с солдатами, равно как и они не могли разговаривать с ней. Оказалось,

что ее возможности общения ограничивались исключительно Наследниками — Бен с Гаретом

прекрасно ее понимали, да и у них был вполне приемлемый для ее ушей английский, однако стоило

ей попытаться заговорить с кем-нибудь еще — и она слышала только приправленное случайными

знакомыми словами неразборчивое тарахтенье. Она очутилась словно в золотой клетке, причем, как

она была уверена, — к веселью Бена, и теперь ей приходилось коротать время за книгой Хельги о

Хроновороте; а он в это время использовал все свое природное обаяние и статус Наследника

Гриффиндора, чтобы склонить на свою сторону армию, заверяя их, что, если они не отправятся в

будущее, то Слитерин непременно превратит их в пар.

— Это судьба, — важно вещал он, выглядя весьма представительно (и на взгляд Джинни

совершенно забойно) при всех своих Гриффиндорских регалиях: красный с золотом плащ, красная с

золотым драконом туника и, естественно, меч в узорчатых ножнах. Он был ужасно похож на

подросшего Гарри — ей сразу вспомнилось, как с самой первой их встречи она буквально потеряла

от него голову.

Фигура приблизилась — это действительно оказался Бен. Он помахал ей рукой и с совершенно

измочаленным видом плюхнулся рядом у огня.

— Успешно, — сообщил он и тут же скорчил брезгливую рожу, — фу, как воняет этот дракон…

— Мне ли не знать, — кивнула она.

— Ты что — все время здесь сидела?

— Мне больше нечего было делать: мысль о том, чтобы убить время, изобретая Квиддитч или

что-то подобное, меня не соблазнила.

Бен недоуменно взглянул на нее.

— Это будет потом, — добавила она и улыбнулась.

— Да нет, мне кажется, я знаю это слово… Оно мне почему-то напомнило о твоем брате… — Бен

вздрогнул — наверное, от холода, и пододвинулся поближе к огню.

Джинни неожиданно пришло в голову, что она совершенно ничего не знает о семье Бена — этот

профессор Биннз на уроках истории все время нудно бубнил что-то о войнах, датах… если он что-то

когда-то и говорил об Основателях — она это точно проспала.

— Слушай, я у тебя есть братья там или сестры? Или быть Наследником — значит быть

единственным? Вот у нас Гарри, Драко и Гермиона — единственные дети, я — единственная дочка у

моих родителей…Это как-то связано с тем, что мы являемся Наследниками?

— Ну, у Хельги несколько дочерей, Наследницей является старшая… У Ровены только один