наверх, как балансировать и непринужденно выглядеть на шатком мостике. Но

Барт оказался способным учеником, и смотреть на него было сплошным

удовольствием.

– Хорошо, – продолжил Марио. – Урок номер два: как упасть в сетку и не сломать

шею.

Подробно объяснив весь процесс, он нырнул вниз и принялся наблюдать, как это

делает Ридер. Барт прыгнул, сгруппировался, упал довольно неловким клубком и

ойкнул, расправляя конечности.

– Теперь я знаю, почему у тебя все руки в шрамах, Мэтт, – сказал он, неуклюже

пробираясь к краю сетки.

– Ты обзавелся великолепным ожогом, – подытожил Марио. – Том, своди его чем-

нибудь намазаться.

– Давай попозже, – попросил Барт. – Хочу еще попробовать.

– Да, конечно, вперед.

На этот раз Ридер лез правильно, и Марио сказал:

– Ну, во всяком случае, учится он быстро.

– И выглядит куда красивее Парриша.

– Не знаю, не знаю, – Марио улыбнулся, вспоминая. – Когда я был маленьким, то

считал Парриша самим Богом. Однажды он угостил меня леденцом, и я даже не

стал его есть – просто держал в ящике, любовался время от времени. Боже!

Меня просто убивает, что я его тогда не узнал…

– Думаю, его никто не узнал. Наверное, он очень сильно изменился.

– Это да! Когда мне было семь… Клео тогда работала с Парришем… он казался

мне семифутовым великаном. Я сходил по нему с ума. Ненавидел Клео, потому

что она с ним выступала, а я был слишком маленьким. Я вечно крутился возле

него. Даже если он на меня ругался, я уже был доволен, что он обратил на меня

внимание. Может, из-за него я и захотел летать.

Для Марио подобные откровения были редкостью, и Томми не хотел его

перебивать. Но тут дверь зала распахнулась, и вошел Джонни.

– Ты все еще здесь, Мэтт? Я думал, дети ушли домой.

Барт тяжело упал в сетку, охнув, когда удар на секунду вышиб из него дух. Потом

развернулся и спросил:

– Как вы спускаетесь с этой штуковины?

– Покажи ему, Томми.

Марио вытянул руку. Томми, на миг опершись на нее, прыгнул в сетку и

продемонстрировал аккуратный кувырок через край. Барт последовал его

примеру – для первого раза у него вышло совсем неплохо.

– Молодец… через пару недель будешь выглядеть профессионалом, – сказал

Марио. – Хочу представить тебя моему брату. Джон Гарднер. Барт Ридер.

Барт потряс ладонь Джонни.

– Я видел ваше шоу.

– А я как-то вас дублировал, – отозвался Джонни. – Но вы, наверное, меня не

помните. В смысле, кто же обращает внимание на каскадеров.

Барт рассмеялся.

– Как ни странно, я обращаю. Я и сам начинал каскадером. Делаете еще одну

документальную картину?

– Верно. Анжело говорил, вы будете играть в фильме про Парриша?

– Надеюсь. Но ничего еще не утвердили.

– Как он будет называться?

– Еще неизвестно. Кто-то предлагал «Летающий демон», но мой агент сказал, что

это слишком смахивает на хоррор для детей. Вы знаете, типа «Франкенштейн

встречает Демона», «Проклятие Демона» и тому подобное. Начальство что-

нибудь придумает.

– Вы собираетесь сами летать? – осведомился Джонни. – Из этого вышла бы

неплохая реклама.

Барт горько улыбнулся.

– Боюсь, мне такое не по зубам. Даже если бы мне позволили. В студии все четко

объяснили: стоит мне потянуть мышцу, и всему актерскому составу придется

работать сверхурочно. Но ваш брат говорит, что поможет мне выглядеть

убедительно.

– Если кто на это и способен, так это Мэтт.

– Я знаю. Замолвлю за него словечко в студии, пусть поработает дублером. Мэтт, ты же делал большой трюк Парриша? Тройное сальто?

– Да, – Марио напрягся. – Но с последнего раза прошло некоторое время.

– Мы на днях начали пробы для нового шоу, – вставил Джонни, намеренно уводя

разговор с опасной темы.

Барт сразу уловил намек.

– А можно посидеть на парочке? Просто вжиться… посмотреть, как люди стоят, двигаются.

– Почему бы и нет.

Ридер обворожительно улыбнулся.

– А еще постараюсь привести операторов. Вести о том, что я беру уроки у

настоящего циркового профи, пойдут мне на пользу. Летающие Сантелли –