Маша готова была разрыдаться, но слёз не было, внутри сформировалась ещё большая прострация. Она сделала над собой усилие, заставила себя снять пальто с сапогами и пройти на кухню.

За столом сидели мать, тётя Лида, и Ольга. Маша кивнула им, затем тихо охнула и к полной неожиданности для себя и всех, сползла по стенке на пол. Очнулась от резкого запаха нашатырного спирта.

Она лежала на диване, мать с Ольгой сидели подле, тётя Лида с перепуганной насмерть Валькой стояли поодаль. Маша болезненно поморщилась, совсем недавно в этой комнате произошло убийство отчима, избиениё её насильником и последовавшая ночь с Сергеем, дико закричав, она разразилась истерическим плачем.

– Лида, там, на холодильнике валериана, - распорядилась Галина.

– Сколь капель-то? – спросила с кухни Лидия.

– Чем больше, тем лучше, - ответила Галина.

Лида вернулась с кухни с пол литровой банкой воды и протянула Галине. Маша отрицательно замотала головой, но посмотрев на мать, перепуганную сестру, плачущую подругу и хватающуюся за сердце Лидию, пившую глоток за глотком воду из банки, согласилась. Она сделала несколько больших глотков терпкой жидкости, впитавшей в себя чуть ли не полпузырька валерианы, откинулась назад и разрыдалась, но уже не истеричным, а облегчающим душу плачем, снимающим прострацию, что сформировалась за последние дни.

– Вот и хорошо, - шептала мать, целуя Машины руки, – выплачь, дочка, всё, что в сердце закаменело.

– Мамочка, я жить не хочу, - жалобно простонала Маша.

– Грех-то, какой говоришь, - Лидия испуганно перекрестилась, - рано тебе о смерти думать. Всё образуется. Всё сладится.

– Не сладится, тётя Лида, словно что висит надо мной тёмное и страшное и не пускает жить той жизнью, которой бы желала. Я устала от этой постоянной борьбы, сил больше моих нет.

– Не одна Маша такое чувствует, меня частенько посещают такого плана мысли, - согласилась со словами дочери Галина.

– Вы, что сговорились, что ли все! – Лидия испуганно замахала руками. – Тут вам впору неотложку вызывать в психушку. Удумали тоже.

– Когда моя мать была беременной мной, - не слушая подругу, продолжила Галина, - её мать, моя бабка Лукерья, прокляла свою дочь. Сказала, что пусть будет проклято, то отродье, которое мать носила под сердцем, то есть меня, и отродье отродьев, народившиеся после, пусть тоже будут прокляты.

– А я не верю в безысходность, - заявила Ольга, – из любой ситуации, какая бы она не была сложной, всегда найдётся мудрое разрешение, нужно лишь набраться силы и мужества устоять.

– А как же судьба? – спросила Лидия.

– Судьбу человек сам создаёт себе, - ответила Ольга.
– Вот, ты, Маша, любишь ли ты человека, за которого замуж собралась?

Маша растерянно помотала головой.

– Тогда зачем ты за него замуж собралась?

– Меня что-то толкает на это, - неуверенно ответила Маша.

– Так это и есть судьба, от которой не уйти, - заявила Лидия.

– Возможно, я и соглашусь, что судьбоносные моменты нереально обойти, но всё равно право выбора стоит только за человеком, - упрямо заявила Ольга.

– Красиво говоришь, - Лидия сомнительно покачала головой, – но на деле-то всё происходит по-другому. Оля, а ты в Бога веришь?

– Верю, - твёрдо заявила Ольга.

– Так мы все под Его Волей и ходим, – Лидия наложила на себя крест и продолжила, – и каждому из людей своя судьба уготована, нам остаётся лишь безропотно нести свой крест, авось тогда Бог-то и смилуется, воздаст за смирение каждому по заслугам его.

– С вами очень трудно говорить, тётя Лида.

– Ну, а ты по-простому говори, не по-книжному, чтобы понятно было всем.

– Вот как получу образование психолога, тогда и научусь, как правильно доносить мысли, а пока… - смутилась Ольга.

– Слышала от Гали, что замуж выходишь.

– Выхожу. Мы уезжаем с Виталием в Свердловск, будем квартиру снимать, а там видно будет.

– Любишь видать его, вишь, как зарделась вся, - пошутила Лидия.

– Люблю, тётя Лида, очень люблю. За Машу вот только переживаю. Почему она выходит замуж за непонятно кого? Откуда он взялся?

– Он из хорошей состоятельной семьи, - ответила Маша.

– И только это? Но ты же совсем не любишь его. Что могло так повлиять на тебя за столь короткое время?

– Много чего, - растерялась Маша.

– Оля, не дави на неё, - попросила Галина, - не она одна в таком состоянии находятся, мы все…

Галина потерянно огляделась по сторонам, словно искала кого, затем сгребла в охапку своих дочерей и заревела белугой.

– Доченьки мои, нет больше нашего папки с нами, оставил он нас, бросил насовсем, жизни больше нет без него…

– Гал, ты это того, хватит, так и до греха недалеко, - взмолилась Лидия, - одна твердит, что жизнь не мила, другая туда же.