– Умерла она этой ночью, - прослезилась тётя Нюра.

– Как умерла?! Почему умерла?!

– Умерла и умерла, тебе то, какое до этого дело, - проворчала Инна. – Что она бабка твоя что ли. Слушай, писака, дай поспать с часик другой, не устраивай никому ненужных истерик.

– Но ведь…

– Касательно смерти, - философски довершила свою речь Инна, - пора бы тебе уже выходить из ясельного возраста и врубиться, на Земле каждый день кто-то умирает, и расходовать нервы на незнакомых или мало знакомых людей, глупо.

Маша ничего не ответила Инне, до боли закусила нижнюю губу и неслышно от всех разрыдалась. В семь утра пришла медсестра и заставила всех идти на процедуры. Затем был завтрак. Потом обход врачей. На обходе врач сказал Маше, что у неё на удивление очень сильный организм, и через недельку можно будет думать и о выписке. Машу не порадовали слова доктора, из головы не выходила смерть тёти Лиды. Она, молча, и понуро лежала на кровати, рассеянно попрощалась с тёткой Нюрой, когда та, собрав свои вещи, собралась переходить в соседнюю палату, что-то невпопад отвечала Кате, пытавшейся хоть как-то привести её в чувство.

Ближе к обеду к ним подселили ещё одну девочку. Маша даже не посмотрела в сторону новенькой, но боковым зрением определила точную копию Инны.

Влада, так звали новенькую, и Инна, действительно быстро нашли между собой общий язык. Катя не вступала в их разговоры, девочка сидела на кровати тихо, как мышка и с тревогой посматривала на Машу.

На Машу так же внимательно посматривала и новенькая. Она смотрела на Машу так, словно перед ней был не человек, а невиданная заморская зверюшка.

« Угораздило же меня вчера так разоткровенничаться!» - мысленно отчитывала себя Маша.

Инна с Владой бросали недвусмысленные взгляды на Машу и о чём-то оживлённо шушукались.

«А ведь они правы. Какой из меня писатель. Только опозорилась перед всеми. Сейчас, наверное, обсуждают мою бездарность».

Маше жутко захотелось покурить. Задымить свою судьбу и раствориться в этом угарном дыме, исчезнуть с лица Земли, как неудавшийся эксперимент Бога Она встала и решительно направилась из палаты на поиски сигарет.

– Маш, ты куда? – устремилась за ней Катя.

– Хочу стрельнуть у кого-нибудь сигаретку, - пояснила Маша.

– Ты куришь? – удивилась Катя.

– А что?

Катя сбилась с шага, смущённо посмотрела на Машу.

– А по тебе и не скажешь, что ты куришь. Ты очень хорошая.

– Ты же меня совсем не знаешь. Я плохая. Я… - Маша запнулась на слове и замерла на одном месте.

Навстречу им шёл парень.

– Маш, ты чего? Ты знаешь этого парня? – удивилась Катя.

– Первый раз вижу. Но такое чувство, словно знаю всю жизнь. Но он мне неприятен, словно он…

– А, по-моему, он очень даже симпатичный, - заявила Катя.

Ничего не объясняя, девочка устремилась к незнакомцу. Парень внимательно выслушал Катю и оглянулся. Маша одновременно вдруг и пожелала знакомства с ним, но другая её часть воспротивилась.

Парень тем временем с Катей уже направлялись в её сторону.

– Это тебе нужна сигарета? – поинтересовался он у Маши.

– Мне. А что? – хладнокровно заявила Маша.

– Да нет, ничего. Просто подумал…

– И что ты подумал?

– Что такая девушка, как ты не может курить.

– Значит, ты ошибся. Так ты дашь мне сигарету, или нет?

– Да, конечно… - парень достал из пижамы пачку сигарет и протянул Маше. – Бери все, чтобы лишний раз ни у кого не стрелять.

– Спасибо, - поблагодарила Маша, внутренне слишком злая на себя и за свой тон и непонятное притяжение к парню.

Это не было похоже на любовь с первого взгляда. Это было что-то другое. Что-то неизбежное. От которого нереально убежать, скрыться.

– Тебя как зовут? Меня Сергей.

Маша, молча, уставилась на парня.

– Её Маша зовут. А меня Катя. Мы в пятнадцатой палате лежим, - поспешила вклиниться в разговор Катя.

Сергей доброжелательно улыбнулся Маше.

– Не советую курить на улице, можно окончательно свалиться от простуды. Есть одно местечко под лестницей в подвале.

– Да как ты смеешь!

– Это не то, о чём ты подумала. Просто не на улице же курить. Я зайду за тобой, как станет тише в отделении.

Не сказав в ответ ни да, ни нет, Маша развернулась и, молча, прошествовала в палату. Катя помчалась за ней.