– Усаживайтесь. Оба.
– "Контрик" что-то нажал на столе и ковер, неприятно вспучившись, выдал на поверхность два черно-белых табурета.
– Сержант... Введешь в курс?

– Ага. Разбежался. Подпрыгнул, и в воздухе, в тапочки переобулся...
– Сержант, совсем не по уставному сказал "нет", старшему по званию! Да еще таким тоном, что рыдать захотелось, от уважения и понимания.

– Разговорчики...
– Ворчливо прокряхтел сидящий рядом с нашанном, кольвег.
– Совсем ты своих, пораспускал, Летр. Я тебя этому учил?

Из четверых, сидящих за столом: нашанна - контрразведчика, моего сержанта, начальника нашей учебки и этого странного кольвега, в штатском, кольвег пугал меня больше всего.

Ухоженный, статный, подтянутый и оговорившийся, что учил нашего контру!

"Совсем дела плохи".

– Уверен в выборе?
– Кольвег уставился на сержанта, чуть иронично изогнув бровь.

– Он не лучший.
– Пожал плечами сержант.
– Обычный середнячок, даже чуть тупенький - все доходит с опозданием. Но, что дошло, того не отдаст. Да и повторяться не умеет. Право и лево - путает. Вобщем, самое лучшее из того, что есть на всех потоках.

– Право и лево путает...
– Кольвег перевел взгляд на меня.
– Тарша ты, на кол посадил?

– Не могу знать, о чем Вы говорите!
– Привычно вырвалось из моей глотки, а устав подкинул на ноги раньше, чем прозвучал вопрос.

– Значит, все-таки, ты...
– Кольвег встал со своего места, обошел стол и заглянул мне в глаза.
– Несомненно - ты! Садись, рядовой... Думаю, сгодится.

Последние слова он адресовал контре, уже совершенно игнорируя мое присутствие.

Вновь обойдя стол, кольвег подошел к окну и замер, уставившись в него.

Так и хотелось сказать, что таким образом важность не добавляется, но кулак сержанта, лежащий на столе и сжатый демонстративно, дал понять, что большим дядям надо дать поиграться в их взрослые игры.

– Две недели назад, над Семи-4, прямо в атмосфере, вышел корабль.
– Кольвег развернулся и... Сел на подоконник!
– Рассыпав спасательные капсулы, корабль рухнул в море и развалился. Служба Имперской безопасности получила приказ исследовать корабль, побеседовать со спасенными и принять решение, по месту. Все просто, как лезвие ножа: пришел, понюхал и смылся. Команда так и поступила. Три дня назад доклад лег мне на стол. Обычный корабль. Обычные пассажиры. Никаких проблем, эпидемий или мутантов. Все обычно... За исключением, того, что корабль этот пропал 11 лет назад, попав в "подпространственный карман" - аномалию редкую, но...

Кольвег слез с подоконника и вернулся на свое место.

Сел, словно проглотив лом.

– На этом корабле летела моя семья - жена и обе дочери, двойняшки. Я хочу, чтобы вы вывезли их с планеты и спрятали в Союзе. Ни к чему моим коллегам знать, что я снова не одинок.
– Озвучив свою просьбу, имперец замер, ожидая вопросов. Пришлось не разочаровывать, задавать, вылазя "поперед батьки-сержанта".

– Почему мы?

– Отсюда до Семи - двое суток. Через четверо суток Семи-4 станет планетой, над и на которой разгорятся не шуточные бои. Я хочу, чтобы моя семья покинула это место как можно скорее. И я не доверяю своим подчиненным.

Все просто и понятно. Осталось понять, что с этого поимеем мы!

– Не твоего ума дело...
– Вздохнул нашанн, а сержант лишь пнул меня сапогом под столом, напоминая, что не на все вопросы можно получить ответы.

По крайней мере - сразу, вот прямо сейчас же!

Великая вещь, доложу я Вам, содружество двух разведок!

И билеты на Семи - пожалуйста и спецоборудование, которым я, под страхом смертной казни не смогу пользоваться; и спутники у меня, хм, веселые... Сержант так тот вообще - смеется постоянно, только мне, от его смеха, как то не по себе. И наша третья спутница, которая раздражает меня сильнее, чем заноза в заднице боевого скафандра! Тоже - улыбчивая, только кляпа не хватает. И намордника.

Развернувшись, смотрю в окно, на пробегающие под нами белые, пушистые, облака.

– Плат. Вернись.
– Тихо позвала меня Йари, вырывая из оцепенения воспоминаний.
– Пожалуйста.

Привычно развернув левую ладонь, позвал рабыню "погулять". Тонкие, едва видимые язычки пламени взмыли над ладонью, переплетаясь и колеблясь, принимая форму моей огненной элементали - худенькой, рыжей девчонки, одетой лишь в сполохи огня.

Переступив босыми ступнями, Огневушка-Поскакушка спрыгнула на стол и потопала прямиком к блюду с фруктами, зорким взглядом приметив свою слабость - крупный, зеленый, десертный виноград!

Не сделай два этих "снимателя проклятий" свое подлое дело, в окрестностях солнечной системы мы могли оказаться на пару месяцев раньше.

Сделанного, конечно, не воротишь, но установка, которую Сти и Юра отправили на самоподрыв, могла бы и нам самим прекрасно пригодиться.

Восемь финишных точек "совпадающих или имеющих минимальные отличия" оказались классическим "не то". Не то количество планет, не то Солнце, не то содержание кислорода в атмосфере, не то, не то, не то...

Обнюхав восьмую точку и облазав ее на коленках, в поисках хоть малейшего варианта, куда лететь дальше, Мостовой и я поступили вполне привычным образом - посовещавшись при закрытых дверях, без доступа душ и прочих компьютерных систем, совершив множественные возлияния и многочисленные мозговые штурмы, испортив парочку "железных подштанников" и спев все, что вспомнили, спустили на Сти и Юру мою рабыню. Ради такого случая, Ромм даже доверил ей заклинание "огненного хлыста" и раскаленного, прошу не смеяться - название принадлежит автору заклинания - "раскаленного унитаза" (в оригинале было "толчка").