А после… После же нам предстояло перебраться через реку, не имея ни лодок, ни паромов, ни кораблей, и вступить в печально известные Пыльные Земли.

Эти места, слабо населённые, продуваемые всеми ветрами, тянулись от самой пограничной реки на многие километры к югу, и ровно посередине их возвышался могучий город-крепость Дхулицца, один из крупных центров работорговли Махансапа, в который стекались ручейки рабских отрядов, промышляющих за рекой, туда же везли живой товар и доморощенные продавцы невольников.

Со слов Ананды выходило, что как минимум часть пленных вполне могли отправить туда, чтобы рассортировать, а после – определиться, куда тащить их дальше.

Выходило, что если с наскока напрыгнуть на этот город, то получим шанс спасти наших. Если и не всех, то хотя бы часть людей достанем. А что дальше? Ну, думаю, дальше будем работать по ситуации. Сложное планирование – это не моё, экспромт удаётся лучше.

Ну, по-крайней мере, более или менее.

Если честно, то наш план отдавал безумием. Ну серьёзно, собрать три сотни бешеных отморозков и захватить целый город, перебив гарнизон? Серьёзно? Ладно, не перебить, а проникнуть внутрь на строго охраняемый объект и выкрасть оттуда кучу пленников? Ещё лучше! Очень, блин, реалистично.

Да, наверное, план отдавал шизой, но нам всем было плевать: каждый жаждал крови и мечтал отомстить врагам, а потому с рассветом мы двинулись в путь.

Двое суток добирались до границы Ночной Земли и разбили лагерь прямо возле вечной темноты, разгоняемой тусклым мраком фонарей, светящих из прошлого.

Ганья отправилась во владения своего приёмного отца, а я остался сидеть и глазеть на небо. Думать не хотелось, чувствовать – тем более.

Меня точно ударили тяжёлым кирпичом по голове: когда ярость спала, навалилась апатия, тупая и всепоглощающая. Не хотелось ни учиться, ни тренироваться - ничего. Безумная кровавая круговерть, в которую меня засосало, выдавила все желания, опустошила точно разбитый кувшин, из которого вытекло драгоценное вино.

Нужно было передохнуть и выдохнуть, набраться сил, вот только времени на это, увы, не оставалось, а потому я ловил такие вот тихие минутки в надежде хоть чуть-чуть прийти в себя.

Ждать долго не пришлось: очень скоро на той стороне мы заметили движение, а потому не прошло и получаса, как тьма выплюнула Ганью, на лице которой застыла радостная улыбка.

– Отец пропустит всех, - тотчас же закричала она, маша нам рукой.

Не сказать, что я прямо уж так доверял нашему мёртво-немёртвому приятелю, но в нашем положении не привередничают, а потому мы с Анандой переглянулись и первыми двинулись в темноту.

По-хорошему, следовало бы прихватить с собой и Сюин, да только она, как и пообещала, отправилась в мир пожирателей и вот уже больше суток не приходила в себя. И что-то мне подсказывало, что её – предательницу и беглянку – там ждут отнюдь не с цветами, а значит, испытания будут жестокими. Более жестокими, чем обычно.

Оставалось надеяться на то, что подруга справится, и заниматься в её отсутствие важными делами. Такими, например, как переговоры с магом пространства и времени.

Так уж получилось, что после смерти Иоганна мы втроём оказались во главе выживших. Те же Малоун и Девин беспрекословно подчинялись каждому нашему приказу, а остальные только не делали три раза «ку» при встрече. Не скажу, что мне сильно это нравилось, но я решил, что разберусь с проблемой авторитета как-нибудь позже. Например, когда верну похищенных друзей! И Патрик мог сильно помочь с этим, а потому я ступил на Ночную Землю с затаённым страхом и неприкрытой надеждой.

Древний маг ждал нас в окружении нескольких бесов, выглядевших по-настоящему старыми: сгорбленные, седые, с искрошившимися рогами и морщинистыми лицами, они производили впечатление умудрённых существ, понимающих что и как в этой жизни.

Оставалось лишь понять, для чего они здесь. Неужели повелитель аномалии не в состоянии принимать решения без посторонней помощи? Ладно, выясню.

– Приветствую, - склонил я голову.

– Приветствую, - повторила за мной Ананда.

– Приветствую, - каркнул Айш-нор, приземлившийся мне на плечо.

Патрик смерил нас тяжёлым взглядом и вздохнул.

– Приветствую, вестники времён печали. Не думал я, что мы так легко и глупо потеряем Убийцу Чудовищ.

Странно было слышать эти слова от существа, которое когда-то весьма серьёзно закусилось с покойным, а после шантажом заставило помогать ему. И тем не менее…

– Когда Ганья пришла и сказала о случившемся, я сперва не поверил, но теперь вижу, что его нет с вами. Страшные времена настали, раз мы теряем таких, как он. И грустно слышать, что в логово павшего льва забрались гиены.

Он скривил губы в подобии презрительной усмешки и добавил:

– Но я не удивлён этому. Змеепоклонники никогда не отличались чистоплотностью, хотя они скорее всего просто опередили прочих желающих поживиться ничейным добром. Выиграли в гонке.

– Спасибо на добром слове, господин, - вновь склонил я голову, - думаю, Иоганн был бы рад слышать, что его судьба небезразлична вам.

Патрик в ответ устало махнул рукой.

– Времена такие, что иначе нельзя. А будет ещё хуже. Вы же понимаете?