Роном, но так как тот всегда был с Гарри, это было невозможно). — Я чувствую, что они в мыслях

затачивают ножи для меня.

— Ну, они не самые милые люди, это точно, — согласилась Парвати, которая пыталась удлинить

свои ресницы перед зеркалом в их спальне. — Но не могут же они все быть ничего не стоящими, да?

— Кроме Драко, ты имеешь в виду? — Гермиона лежала на кровати и смотрела на Парвати.

— Ну, так как ты встречаешься с ним.

— Мы не встречаемся, — запротестовала Гермиона.

— Нет? — Парвати была так удивлена, что случайно удлинила ресницы на фут, и Гермионе

пришлось помочь ей вернуть им нормальный вид. Когда они закончили, Парвати повторила свой

вопрос, и Гермиона вздохнула.

— Нет, — сказала она, — мы просто друзья.

— Хочешь скажу кое-что, Гермиона? — серьезно спросила Парвати. — Ты дружишь с Драко

Малфоем… это даже страннее, чем, если бы ты встречалась с ним.

— Почему? — поинтересовалась Гермиона.

— Ну, если бы с ним встречалась, это можно было бы списать на неконтролируемое физическое

влечение. Я знаю, он мил. Это факт. Но если вы просто друзья… — Парвати пожала плечами. —

Значит, он действительно тебе нравится.

Гермиона перевернулась и уставилась в потолок.

— Он мне нравится.

— Несмотря на то, что испорченный, эгоистичный, с жутким характером и отвратительным

чувством юмора, любит издеваться над теми, кто слабее и… — Парвати замолчала, увидев

выражение лица Гермионы. — Ну, он такой.

— Я знаю, — сказала Гермиона. — Не так, как раньше… но он действительно хороший человек,

Парвати.

Парвати повернулась и внимательно смотрела на Гермиону. — Тогда, почему ты с ним

не встречаешься?

— Потому что…

— Потому что он не Гарри. — Парвати выказала редкую интуицию. Гермиона повернулась на

кровати:

— Больше нет.

***

— Ну, давай, Рон, — сердито сказал Гарри. — Просто сделай так.

— Я не БУДУ, — ответил Рон также сердито. Он парил на метле над полем для Квиддича, глядя

105

на Гарри. Тот сидел перед ним на своем Всполохе со скрещенными на груди руками и был просто в

ярости. Они тренировались уже почти час, перед тем как Гарри выдвинул очень странную просьбу.

Оба мальчика были раздражены. Белая рубашка Гарри прилипла к его спине.

— Почему? — рявкнул Гарри. — Просто сбей меня с метлы. Ну давай же!

— Почему «нет»? — повторил за ним Рон. — Как насчет: потому что я не хочу провести остаток

семестра, объясняя Дамблдору почему я хладнокровно убил тебя без всякой на то причины?

— Дамблдор сказал, что силы Магида проявятся, если я буду в опасности, — сказал Гарри. —

Этого не случится, если я просто спрыгну с метлы. Надо, чтобы я испугался. И если ты не поможешь,

то я просто пойду в Запретный лес, и Арагог меня съест.

— Гарри, — отчаянно проговорил Рон, — Дамблдор также сказал, что силы проявляются между

шестнадцатью и восемнадцатью годами. Тебе только шестнадцать. Подожди немного!

— Малфою тоже шестнадцать…

— Ой, хватит про Малфоя! — заорал в ярости Рон. — Меня тошнит уже! Только то, что он

встречается с Гермионой, не значит, что я собираюсь помогать тебе убить себя!

Глаза Гарри превратились в злые зеленые щелки. Он схватил палочку, и до того как Рон понял,

что происходит, Гарри направил палочку на себя и прокричал:

— Рапидо!

Метла Рона стремительно рванулась вперед (Рон едва удержался на ней), и врезалась в метлу

Гарри, сбивая его вниз. Рон сумел остановить свою метлу и увидел, как Гарри летит к земле. Он

выхватил палочку, направил ее на быстро падающего Гарри и прошипел:

— Вингардиум Левиоза!

Гарри, который не издал ни звука, пока падал, завопил, когда его полет приостановился в десяти

футах от земли. Он висел в воздухе, глядя негодующе на Рона.

— Идиот, — пробормотал Рон и убрал палочку.

Гарри пролетел оставшиеся десять футов и приземлился на землю.

Рон вздохнул, направил метлу вниз и с виражом приземлился рядом с Гарри, который лежал на

земле, раскинув руки и глядя в небо, словно не собирался вставать вообще.