— Ноль, — мрачно сказал он, — Все. ни фига. У меня НЕТ никаких сил Магида. По крайней мере,

сейчас.

— Гарри, — Рон слез с метлы, — до тебя не доходило, что желания превратить Драко Малфоя в

слизняка и раздавить его, недостаточно для того, чтобы силы заработали?

Гарри закрыл лицо руками и произнес что-то, похожее на «уух».

— Должен быть другой путь, чтобы заставить твои силы проявиться, — сказал Рон,

— Какой-нибудь, который не подразумевает риска для жизни.

— Я читал об этом, — начал Гарри. — Силы Салазара Слитерина проявились, когда он

встретился с Драконом, который угрожал деревне. Но это было миллиард лет назад, когда драконы

еще водились. Темный волшебник Гриндевальд, его силы проявились в каком-то сражении, что тоже

не подойдет. А Ровенну Рэйвенкло ударило молнией, это трудно организовать.

— Гарри… — медленно проговорил Рон. — Тебе надо поговорить с Гермионой, вот что.

Гарри расцепил пальцы и посмотрел на Рона подозрительно.

— Почему?

— Потому что она твой лучший друг, дурак. Потому что ты скучаешь по ней, и это сводит тебя с

ума.

— Когда я вижу Гермиону, — Гарри отнял руки от лица, — меня тошнит.

— Очень романтично.

— Когда вижу ее с Малфоем, меня тошнит, — пояснил Гарри.

— Ну, тебе придется привыкать, — посоветовал Рон.

— А я не хочу привыкать к этому. — Гарри резко сел. — Я хочу, чтобы мои силы Магида

заработали, вот что я хочу.

— Это магия, — сказал Рон, без капли жалости. — У тебя разбито сердце. Магия здесь

не поможет.

106

***

— Я думал об этом лете, Гермиона, — сказал Драко.

Было время завтрака. Они сидели вместе за столом Слитерина. Это был четвертый завтрак

Гермионы со Слитеринцами. Она начала привыкать к плевкам и хлюпанью Гойла каждый раз. Драко

ел тост с потрясающей скоростью — Гермиона уже заметила, что он был из тех парней, которые

могут есть все подряд и оставаться худым. У нее же не было аппетита, и она только ела тыквенные

семечки.

— Что? — спросила она.

— Ну, мы говорили о том, что я приеду к тебе летом. И я все еще хочу, но моя мама написала, что

мой дядя Влад надеется, что я приеду к нему летом. У него большой замок в Румынии, и я думал,

может, ты захочешь…

Гермиона тайком глянула на стол Гриффиндора. Она могла видеть Гарри, сидящим рядом с

Роном; Лаванда сидела с одной стороны от него, а Парвати рядом с Роном. Гермиона смотрела, как

Лаванда наколола на вилку кусок тоста и предложила его Гарри.

Гарри съел.

Лаванда захихикала.

— Между тем, — продолжал Драко, — Я бросил Хогвартс и стал работать на Министерство Магии

наемным убийцей.

— Что-что-о? — запинаясь, спросила Гермиона, поворачиваясь к нему.

Он улыбался, но улыбка не достигала его серых глаз.

— Гермиона, милая. — Он показал на стол, — Ты действительно собираешься съесть все это?

Она посмотрела туда, куда он показывал, и подпрыгнула. Как-то ей удалось очистить целую горку

тыквенных семечек. Сами семечки лежали в одной кучке, а скорлупа в другой. Они не вспомнить,

чтобы чистила хоть одно.

— Ой, — пробормотала она неловко. — Я, хм, оставлю их на потом.

— Так, ну все. — Драко встал.

Встревоженная Гермиона тоже встала.

— Извини, я немного не в себе в эти дни…

— Я заметил, — сказал Драко. — Ничего. Я просто вспомнил, что собирался сделать кое-что. Я

откладывал это, но теперь самое лучшее время заняться этим.

— Могу я помочь? — спросила она, чувствуя себя виноватой.

— Нет, определенно, — сказал он.

Он очень легко коснулся ее щеки. И уронил руку.

— У меня тренировка по Квиддичу днем, — сказал он. — Увидимся за обедом.

***

Гарри устроил все так, чтобы днем остаться одному в общей гостиной Гриффиндора. Поэтому он

был ошеломлен, когда портрет открылся и через проход в комнату шагнул Драко Малфой. Он

выпрямился и невозмутимо оглядел шокированного Гарри.