не будет жизни Слитерина, то меч потребует жизнь одного из его потомков.

— Жизнь Драко, — сказал Сириус, бледнея.

— Не обязательно Драко, — сказал Дамблдор, выглядя очень серьезным. — Это точно также

может быть и Гарри.

Сириус сделал большие глаза.

— Гарри? Но Гарри — наследник Гриффиндора.

— Годрик Гриффиндор и Салазар Слитерин были кузенами, — сказал Дамблдор очень спокойным

голосом. «Ему очень хорошо быть спокойным, — абсурдно подумал Сириус. — Он даже здесь не понастоящему». — Чтобы завершить сделку подойдет и кровь Гарри, и кровь Драко.

Лупин внезапно вскочил на ноги и начал измерять шагами комнату.

— Это многое объясняет, — сказал он взволнованно.

— Что? — сказал Сириус, надеясь что, не выглядит столь же опустошенным, как чувствует себя.

Весь этот разговор о крови и жизни Гарри приводил его в панику, что было очень редко, он был в

ужасе. Он подавил это чувство и посмотрел на Лупина. — Что это объясняет?

— Я ломал голову над тем, что возвратило к жизни меч, что, так сказать, привело его назад к

жизни. Пророчество гласит, что мечом должен владеть потомок Слитерина для того, чтобы мощь

меча могла вернуться, но ты сказал мне, что Драко никогда не использовал его, только нес. Но Гарри

использовал клинок; Гарри напал на Люция Малфоя с ним и даже ранил его.

— Правильно, — сказал Дамблдор.

— Тогда, почему меч не остался с Гарри? — спросил Сириус, надеясь, что его вопрос имеет

смысл. — Ведь меч, кажется, притягивается к Драко?

150

— Он притягивается к тому, кем, по его мнению, легче всего управлять, — сказал Дамблдор. —

Меч выполняет желания. Это его работа. А чего Гарри должен желать? Конечно, он мог бы пожелать,

чтобы его родители вернулись, но меч не может оживить мертвых. А вот у Драко есть желания.

Намного проще. Это делает его легко управляемым.

— Так Гарри в такой же опасности, что и Драко?

Дамблдор выглядел серьёзным.

— Он находится в опасности из-за Драко. Если бы Драко как, вы говорите, убежал, я подумал бы,

что он сделал это в какой-то степени, чтобы защитить Гарри. Он должен знать, что от него требуется.

У Сириуса отпала челюсть.

— Вы ведь не думаете, что он боялся убить Гарри?

Дамблдор только смотрел на него. Хотя он был прозрачным, его пристальный взгляд всё ещё

пронзал насквозь.

Сириус выругался.

— Он сказал, что не может нам обещать, что не опасен, — мягко сказал Лупин.

— Мы должны найти его, — сказал Сириус.

— Я согласен, — спокойно сказал Дамблдор. — Это обязательно нужно сделать.

Лупин откашлялся.

— Я думаю, меч позволяет ему скрывать свое местоположение до некоторой степени. Я бы

попробовал Заклинание Нахождения, но могу справедливо рассудить, что оно не поможет.

— Нет, — сказал Дамблдор. Его голос звучал слабее. Присмотревшись, Сириус заметил, что

дымное облако стало размытым по краям. — Нет, это не поможет. И он забрал с собой

Эпициклический предмет, не так ли? Очень умный молодой человек… — голос Дамблдора внезапно

дрогнул и стал неслышимым, как будто он терялся в тумане. Он, казалось, становился более

прозрачным — думал Сириус, настолько прозрачным, что Блэк смог разглядеть камни в

противоположной стене через прозрачного директора. Он исчезал.

Сириус наклонился вперед и схватился за ручки своего стула.

— Профессор…

На мгновение, дрожащий контур директора стал более ясным.

— Гарри, — сказал он. — Гарри может найти его. Они могли прервать связь, которая существует

между ними, но она ещё есть. Гарри, если захочет, сможет снова установить связь.

Сириус услышал, как его голос треснул.

— Как он это сделает?

Но когда Дамблдор заговорил снова, его голос слегка колебался, как будто он говорил под водой,

неразборчиво. Сириус сопротивлялся желанию вскочить на ноги и прикоснуться к облаку в форме

директора — ему показалось, что он увидел, как Дамблдор посмотрел на него, подмигнув, прежде

чем туман, который составлял его форму, не распался на множество частей и не превратился в

воздух.

Глаза Сириуса опустились к человеку на кровати, чья грудь все еще вздымалась, и опускалась с