рассчитываешь не пустить меня в камеру, если ты скажешь охране не пускать меня, я вырву тебе

горло и буду бить тебя, пока ты не подохнешь. И мне плевать, что меня отправят назад в Азкабан,

потому что это того стоит. Понял?

Снэйп посмотрел на него, и Сириус смутился при виде холодной улыбки на лице Снэйпа. —

Отлично, — сказал Снэйп. — Я надеюсь, тебе понравится то, что ты увидишь.

152

***

Когда Лупин аппарировал в библиотеку особняка Малфоев, довольно неожиданная картина

предстала его глазам.

— О Боже, — вырвалось у него.

Довольно сильно ударясь и поражённо восклицая, Гарри и Гермиона слезли со стола Люция и

исчезли из вида, к огромному облегчению Лупина.

Моментом позже, Гарри выскочил из-за стола, поправляя рубашку и с розовым лицом. Он

нащупал на столе свои очки, надел их, и виновато посмотрел на Лупина.

— Э-э-э, привет, профессор, — сказал он. — Мы не думали…

— Да, это довольно очевидно, — сказал Лупин.

Гермиона с алыми щеками встала рядом с Гарри, застёгивая пуговицы на жакете.

— Профессор, привет, как дела?

— Прекрасно, если не считать то, что я чуть не упал в обморок, — серьёзно сказал Лупин,

стараясь не усмехнуться при виде виноватых выражений их лиц. — Из-за вас.

— Мы только целовались, — сказал Гарри, с видом, готовым к обороне.

Лупин смягчился.

— Ну ладно, я счастлив видеть, что у вас снова хорошие отношения. Хотя тот стол не слишком

крепкий. Постарайтесь не упасть. А я должен поговорить с Нарциссой, так что, если вы позволите…

— Профессор, подождите, — нервно прервала Гермиона, убирая волосы за уши. -Вы можете

остаться на минутку?

— Точно! — сказал Гарри, затем заморгал, запутавшись. — Я имею в виду нет. Не оставайтесь!

Подождите, я не имею в виду, это, я имею в виду…

— Перестань бормотать, Гарри, — беззлобно сказал Лупин, шагнул к Гермионе, у которой уши

ещё были розовыми, и осмотрел книги, лежавшие на столе. — Все в порядке, Гермиона, я не хочу

мешать. Я мешаю? — добавил он, поворачиваясь к Гарри.

— Только в буквальном смысле, — пробормотал Гарри.

— Ой, замолчи, — сказала Гермиона, обходя стол. Лупин видел, что она держала книгу кентавров

в руках. Она подошла к Гарри и вручила ему книгу. — Посмотри, Гарри.

Гарри удивлённо глянул на Гермиону.

— Это книга.

— Да, — сказала Гермиона, с оттенком нетерпения в голосе.

— Ну и что?

— На каком языке она написана?

— Ты не говорила мне, что хочешь, чтобы я занялся чтением. — Гарри открыл книгу, пролистал её

наугад, и пожал плечами. — Она написана на английском.

Лупин подскочил на месте.

— Что?

Гарри удивлённо посмотрел на него.

— Она написана по-английски.

Лупин не знал кричать ему или говорить. Он почти подбежал к Гарри, встал позади него, и

посмотрел через плечо Гарри на страницы, видя те же самые непостижимые загогулины и каракули,

которые он помнил. Он ткнул пальцем в страницу.

— Читай мне эту часть, Гарри, — сказал он.

Гарри посмотрел на него таким взглядом, который ясно сказал: «По-моему вы спятили, но я буду

снисходителен к вам, потому, что, в целом вы кажетесь неопасным». Лупин вынес этот взгляд,

твердо держа палец на странице, в то время как Гарри прочитал:

Суббота, Четырнадцатое октября. Вчера вечером слишком много выпил. Проснулся с ужасной

головной болью, только для того, чтобы найти и заткнуть Годрика, который снова начал

топать и орать. Боже, он никогда не перестанет орать. Это замечательно для крестьянина, но

очень неприятно, если ты хочешь нормально позавтракать. Сегодня на совете он сделал

проблему из моего предложения, сделать школу недоступной студентам из нечистокровных

семей. Он не слушал ни одного из моих аргументов. Каждый раз, когда я принимаю своё

153

собственное решение, Годрик опровергает его. Отвратительный мерзавец. И он снова сидел