оказаться в камере с оборотнем, призываемым Темными Силами, мог только наследник трона

Королевства Идиотов.

Сириус сверкнул на него глазами. Единственное, чего ему сейчас хотелось, — перемахнуть через

разделявшее их пространство и вмазать по этой злорадной роже.

— Если ты не заткнешься, — вкрадчиво произнес он, — я закончу то, что начал делать с тобой

Гарри…

Демон обнажил зубы и зашипел: — Ты ничего не знаешь…

— Я знаю, что ты пытался убить моего крестника.

Глаза демона завращались, от зрачков начали расходиться черные и красные концентрические

круги: — Я не пытался убить его, — вознегодовал он и вдруг его красные глаза расширились.

Обернувшись, Сириус увидел у себя за спиной волка.

***

Драко открыл глаза — или же только подумал, что сделал это, — однако не смог ничего увидеть,

даже темноты — вообще ничего.

— Гарри, — попытался позвать он, но тоже не смог — у него не было ни голоса, ни горла. Это

было как во сне — когда ты знаешь, что спишь, но не можешь проснуться…

— Гарри! — крикнул он, в этот раз услышав свой голос, и вскочил. Это движение словно бы

разбило то стекло, за которым он находился, свет и цвет рухнули на него, словно вода, прорвавшая

плотину в половодье. Он таращился в серо-зеленую мглу и темноту, тысячи теней вокруг

не вызывали никаких знакомых ассоциаций.

— Где я? — крикнул он, скорее, чтобы услышать свой голос, нежели собираясь получить ответ на

свой вопрос. Он и не получил его.

Опустив взгляд, он осмотрел себя в том призрачном, неизвестно откуда идущем свете — все

в той же, что и в последний раз, одежде, хотя почему-то без меча и сухой. Какая-то темная

спекшаяся масса покрывала всю его рубашку спереди — он знал, что это была кровь с его лица.

Прикоснулся к скуле — как можно осторожней — но не почувствовал боли, хотя рана по прежнему

была.

«Я умер, — подумал он и не почувствовал ничего особенного, только какое-то растерянное

удивление. — Полагаю, убей я Червехвоста, у меня бы был шанс…»

Однако в глубине сердца он прекрасно знал, что не сделал бы этого.

Драко сделал шаг во мглу, потом еще один, и внезапно она рассеялась, показались очертания

места, куда он попал. Унылая скалистая равнина, серая и пустынная, простиралась во все стороны,

куда ни глянь. Впереди слоились тени, подойдя к которым, он увидел узкую стремительную реку

с серой водой. Противоположный берег был заполнен какими-то массивными серыми формами —

камнями? деревьями? — было трудно понять; и он сделал еще один шаг вперед.

Из ниоткуда прозвучал голос: — Стой, где стоишь.

Драко огляделся — вокруг не было никого, кто мог бы обратиться к нему. Он кашлянул и

спросил: — Почему?

— Эта вода не для тебя.

— Где я? Это ад?

187

Теперь голос звучал задорно: — Это не ад. Это Середина.

— Между чем и чем?

— Между жизнью и смертью.

— А почему эта вода не для меня?

— Живой, пересекший эту реку, становится мертвым. Ты пока ни тот, ни другой. Предлагаю тебе

выбор.

Драко был озадачен: — Выбор?

— На весах — твоя жизнь, — резко произнес голос. — Меня интересует только результат.

— А что, если бы я все равно шагну вперед и пересеку реку? — поинтересовался Драко. — Ты

не можешь это сделать, пока в тебе еще теплится жизнь. Однако, — в голосе снова зазвучали

веселые нотки, — ты вполне можешь попробовать…

Драко упрямо зашагал вперед, растрескавшаяся земля под его ногами не отвечала ни единым

звуком. Туманные формы по ту сторону реки колыхнулись вперед, когда он приблизился к берегу, он

пригляделся к ним, и в этот миг мгла сфокусировалась.

Драко понял, в чем дело: по ту сторону реки толпились души; неисчислимые и мятущиеся, они

одновременно казались совсем близкими и неизмеримо далекими. Приглядываясь, Драко даже мог

различить отдельные лица и тела, но, лишь он отвел взгляд, они тут же слились в бесформенную

серую массу. Тряхнув головой, он снова вгляделся — и в этот миг заметил какое-то движение —