— Я еще вчера говорил тебе, что это не так, — прорвался на поверхность гнев Драко, — что —

забыл? Что же ты себя ведешь, словно я ударил тебя в спину? Это вовсе не так!

— Нет, что ты! Ты ударил меня в лицо — молодец! Поздравляю, что в этот раз ты не соврал,

Малфой, — Гарри издевательски поаплодировал.

Желание со всей силы вмазать Гарри настолько овладело Драко, что у него сбилось дыхание и

от напряжения затряслись руки. Его частенько трясло и раньше, когда он был младше, — особенно

после напряженных матчей по Квиддитчу; более того, его не просто трясло, а колотило так, что тело,

казалось, сейчас рассыплется на кусочки. Вот и сейчас было то же самое: даже если бы он и

попытался ударить Гарри, он бы, скорее всего, промазал, что, в общем-то, было не так уж и плохо,

принимая во внимание то, что Зелье уже покидало его кровь… Что последует за этим — Драко

не знал. Может быть — ничего. А может быть…

Голос Гарри прервал его размышления:

— Малфой…

Драко стиснул зубы и не повернулся:

— Что? Что ты хочешь мне сделать, Поттер?

Гарри резко вскинул руку, схватил его сзади за мантию и развернул к себе лицом:

— Я хочу тебя напугать.

— Напугать?

Драко вытаращил глаза: в дальнем углу зала из тени появилось нечто. Нечто огромное —

настолько огромное, что казалось ненастоящим — чудовище из кошмара, из легенды, нечто,

не существующее на самом деле…

Но оно существовало: почти такое же огромное, как дракон, тень, падавшая на стену позади него,

была уродливой и неестественной. Оно имело тело льва — самого большого льва, которого только

272

мог себе представить Драко, — по обеим сторонам которого росли драконьи крылья, а огромная

уродливая голова имела человеческий лик. Человеческий лик гигантского размера. Из лап торчали

длинные блестящие когти, гибкий хвост, резко и быстро мечущийся из стороны в сторону, венчало

острое на вид скорпионье жало.

Существо медленно двигалось в их сторону.

В голову Драко не пришло ни одного умного ответа.

— Что… — медленно проговорил Гарри, — это… черт побери…

— Мантикора, — быстро ответил Драко и резко поднял руку. — Зовио! — и меч влетел в его руку.

Меч Гарри давно был в его руке, но тот не обращал на него внимания, он все смотрел и смотрел, как

приближается мантикора. Краем глаза Драко увидел, как Гарри поднял руку, указал ей на монстра…

— Оглушить!

Струя света сорвалась с его пальцев, ударив мантикору прямо в грудь. Издав громкий рык, она

встала на дыбы и огромной тенью нависла над ними.

Драко понял, что чувство полного отсутствия желудка внутри не придумано, а действительно

существует.

— Ох, я перепугался до ужаса.

Он сверкнул глазами на Гарри:

— Здорово сделано, Поттер. Тебе удалось ее взбесить. Кстати, ты знал, что ее яд для человека —

самый смертоносный? Просто осмысли, что я сказал.

Гарри словно не слышал его: прищурившись, он смотрел на рассерженного монстра.

«…Она слишком велика для заклинания, которым можно убить его… Ну и что — убил же я

василиска мечом… И ее я тоже смогу убить…»

Драко почувствовал, что у него отвисла челюсть.

«…Гарри, что?..»

«…Я собираюсь убить ее, — Гарри бросил на него полный отвращения взгляд. — А ты можешь

так там и стоять».

Он сжал свой меч и поднял его на мантикору, словно бы у него разом пропали все мозги, которые,

как подозревал Драко, у него все-таки были. Даже мантикора, кажется, удивилась — похоже, она

не верила собственным глазам. Драко не мог ее осуждать: как правило, люди не бегали к ней с таким

энтузиазмом. Наверное, именно поэтому она подпустила Гарри на расстояние удара: Драко

с изумлением увидел, как Гарри приблизился к ней и воткнул меч ей в грудь.

Мантикора заревела, и рев этот был ужасен, он оглушал и рвал барабанные перепонки —

словно бы тысяча поездов разом прибыли на тысячу станций. Поднявшись на дыбы, ударом лапы

она подкинула Гарри в воздух, швырнув прямо на стену.

Он сполз на пол и затих.

Ухватив меч зубами, мантикора вырвала клинок из своей груди, выплюнула его на пол и