– Да мы сюда вообще последние приехали!
– взорвался Лонцо.

– Только покойный вас узнал.

– Может… раньше где видел, - герцог чуть стушевался под подозрительным взглядом стража, и это не осталось незамеченным.

– Что тут происходит?!
– звучный голос прокатился над трактом, заставив обернуться и стражей, и пленников.

С противоположной стороны тракта приближался ещё один отряд, на этот раз с гербами Тихолеса.

Один из мужичков радостно поздоровался с тихолесским капитаном, как с давним знакомым и быстро, по-деловому пересказал ему всё случившееся.

– Значит, студгородские, - протянул он, подъезжая к заметно оробевшим стражам.

Кажется, их присутствие возмутило его куда больше, чем факт убийства жреца.

– Ну вы же, как всегда, опаздываете, - холодно заметил студгородский командир.

– Территория вашего обхода милей к северу закончилась! Передайте арестованных. Суд будет в Тихолесе.

– Если бы не мы, вы бы их даже не увидели!

– Объявляю вам благодарность за поимку преступников и выношу предупреждение за появление на территории тихолесского ведомства, - голос у статного чернобородого капитана из ледяного стал стальным.

Студгородский командир заметно оробел.

– Мне долго ждать?
– изогнул бровь тихолесец.

Студгородский отряд расступился, и пленники оказались в кольце уже двадцати всадников. Лонцо положил было руку на рукоять меча, но потом обречённо вздохнул и сложил руки на луке седла.

– Жаль, что я не Седьмой, - тихо проговорил Вирин.

– Жаль, что не Шестой, - невесело усмехнулся Лонцо.

Оставив двоих солдат разбираться с телом, отряд конвоиров двинулся на юг.

– Я жду подробного изложения ситуации. Кто такие, откуда и зачем убили жреца?
– спокойно, как бы между делом, поинтересовался капитан, ехавший рядом с пленными.

– Мы его не убивали!
– в один голос возмутились друзья.

– Или почему не убили, - невозмутимо пожал плечами тихолесец.

– Мы наёмники… - начал было Лонцо, но капитан жестом его остановил.

– Я вижу и ваши доспехи и то, как вы их носите. Поверьте, юноша, я за свои сорок два года повидал немало наёмников, а со многими из них и дрался. Наёмники не говорят: «мы наёмники». Это и так видно. Они говорят: «Сколько?». Кроме того… я не говорю о вашем оруженосце, но вы сами, - капитан проигнорировал тихое возмущение Вирина.
– Вы дворянин. В наёмники идут только безродные, но обученные ратному делу мужчины.

– Я обучен!
– неуместно возмутился и герцог.

– Это я тоже вижу. И вот вам ещё одна ваша ошибка. Я не говорю о ваших манерах, от них за версту пахнет как минимум баронским дворцом, а то и герцогским. Но движение, которым попавший в плен наёмник кладет руку на эфес, поверьте, выглядит совсем не так. Либо вы сейчас мне говорите, кто вы такой, либо говорите это потом тихолесскому судье. У нас не Гория, сами понимаете, и судья - высший жрец Пятой, - воин мельком взглянул на побледневшего Вирина.
– Так что вы можете догадаться, сколько ступеней будет у вашей казни за убийство жреца.

– Семь, - в один голос выдохнули пленники.

– Мы его не убивали! Мой хозяин сбежал из отцовского замка. Он хотел служить на харранской границе, а его отец был против, мол, не баронское это дело… - вдохновенно заговорил Вирин, но тут же удивленно замолчал, споткнувшись о тяжёлый взгляд Лонцо.

Герцог глубоко вздохнул и повернулся к едущему по правую руку капитану. Всмотревшись в его глаза и не найдя там ни злобы, ни насмешки, а лишь спокойный интерес, Лонцо сунул руку в карман. Пятеро стражей мгновенно вскинули арбалеты, трое обнажили мечи, но герцог их проигнорировал. Капитан жестом приказал опустить оружие.

– Я доверяю вам свою жизнь, капитан. Дайте мне имя сами, - сказал Лонцо, протянув воину фамильное кольцо.

Тот принял его, с интересом взглянул на печать и медленно изменился в лице.

– Опасайтесь доверять свою жизнь кому-либо. Даже если вам кажется, что человек достоин этого, - капитан покачал головой и вернул кольцо.
– Так от какого барона сбежал блудный сын?

– От барона Лоера, - подсказал Вирин, уничтожая герцога взглядом.

Лонцо только согласно кивнул. Замок Лоеров находился рядом с Кардой, но сам барон был человеком замкнутым и в свете бывал редко. Обман раскрылся бы с огромным опозданием.

– Что ж, надеюсь, ваш отец сможет решить вашу проблему. Она у вас довольно серьёзная, - буднично проговорил капитан и погнал коня вперёд.

– Иногда мне кажется, что ты сумасшедший, - тихо заметил Вирин, украдкой оглядываясь на стражей.

– Мне иногда тоже так кажется, - невесело отозвался Лонцо, глядя в спину капитана.

Герцог начал сильно сомневаться в верности своего решения. Вполне возможно, капитан захочет сдать пленных императорской службе. Конечно, до Тихолеса ещё около четырёх дней пути, и можно что-то придумать… Лонцо очень надеялся, что можно.